— Хорошо, — сказал На-Чан-Кан, — мы не станем ждать, когда он уйдёт из селения, достаточно того, что он останется с десятком воинов, и тогда мы нападём. Мы воспользуемся любой возможностью, чтобы подловить Тень Кукулькана, и поймаем его. Это сказал я, На-Чан-Кан.
— Да будет так! — приложил руку к сердцу верховный жрец крусоб, постоял так некоторое время и ушёл к себе.
Ночь прошла в сборах. Воины крусоб проверяли оружие, точили мачете и готовили припасы. Их насчитывалось больше трёх сотен, более чем достаточно, чтобы нанести удар, от которого ишканхи не оправятся. Ах-Кукум почти не спал, он всё думал о Тени Кукулькана, который стал легендой. Он слышал о нём от многих, и его ненависть к этому человеку уже походила на веру, которую он никогда не мог обрести. Он знал, что если ему удастся уничтожить его, крусоб получат власть над сельвой, и Говорящий Крест надолго окажется в безопасности.
На рассвете они выступили. Впереди передвигались разведчики, за ними все основные силы. Ах-Кукум шёл в центре отряда, неся перед собой священный символ — Крест, который, по его словам, давал им победу. Он знал, что это только начало. Настоящая битва начнётся тогда, когда они ворвутся в селение и увидят лицо Тени и лица членов его семьи. Он готовился к этому моменту, потому что знал: он станет либо его триумфом, либо его гибелью.
И этот день настал, лазутчик сообщил, что Тень Кукулькана, забрав с собой десяток воинов, ушёл в главное селение, к семье. Это весть обрадовала Ах-Кукума, значит, им удастся поймать сразу всех. Тень не сможет собрать всех своих воинов, а те, что находятся в полевом лагере, не успеют прийти к нему на помощь, ведь всё окажется решено за день.
* * *
Пока я размышлял, как поступить с предателем, ожидая наступления утра, за меня всё решили крусоб. Мой полевой лагерь располагался в одном дневном переходе от главного селения, там находились сто пятьдесят воинов, из которых я взял с собой лишь десяток. Ещё пятьдесят воинов жили в главном селении, и с окрестностей можно было собрать ещё около пятидесяти.
Дополнительно расставленные везде посты первой и второй линии обороны вмещали в себя около ста воинов. Со всего племени я мог собрать не больше тысячи воинов, плюс союзники привели бы около пятисот, и это максимум. Так что, силы оказались небольшие, намного меньше, чем у крусоб, но дело ведь не в количестве, а в их качестве, и в том, что наши противники не умеют воевать в темноте, а мы умеем.
Вышедших на тропу воинов крусоб заметили уже первые посты, и как они не старались обойти их бесшумно, ничего не получилось. Несколько моих разведчиков погибли, но смогли предупредить о наступлении врага всех остальных. Они успели выстрелить, и этот выстрел разбудил сельву. Взревели в ночи тяжким воем роговые трубы, оповещая всех о приближающейся опасности, запылали ярким огнём сигнальные костры.