— Виталий.

Я посмотрел на Трофима, мол, действуй. Давно заметил: когда нужно кого-нибудь убедить, лучше не получится ни у одного из нас. Хотя чего удивительного, с такой-то школой за плечами, когда готовили на государственном уровне, не жалея ни сил, ни средств.

— Придется тебе, Виталик, какое-то время Теоретиком побыть, — хлопнув того по плечу, без всяких предисловий начал Трофим.

— Не понял⁈

— Ситуация в двух словах такая. Сейчас придет перквизитор. Вот перед ним Теоретика изображать и будешь.

— А оно мне надо⁈ Петрович, ты какого меня сюда притащил?

Спрашивая, этот тип как будто бы ненароком придвинулся к Лере поближе, чем вызвал у меня еще большую неприязнь. С другой стороны, попался бы какой-нибудь рохля, и тогда вообще все могло пойти насмарку. Перквизиторы обо мне наслышаны и отлично знают, что плевать я хотел на них сразу на всех, вместе взятых. И вдруг Теоретик стал трусом, который то и дело бросает на перквизитора опасливые взгляды.

— Пойдем куда-нибудь поговорим, чтобы нам никто не мешал, — поднимаясь на ноги, заявил Трофим

— И чего бы ради? — воспротивился тот.

— Пошли-пошли, — все так же спокойно сказал Трофим. — Иначе всю нашу игру придется построить на том, что вот он, — ткнул в меня пальцем, — с лестницы неудачно свалился и морду лица разбил. А ведь идея! Если у тебя, Виталик, морда распухнет, а глазки от гематом заплывут, куда проще сходство будет найти. Или сложнее, но мысль моя, надеюсь, понятна.

— Виталий, — призвал моего потенциального двойника Жамыхов, — не дерзи: от твоего согласия зависит многое.

— Петрович, только из уважения к тебе, — согласился он, ясно давая понять: плевал на он все угрозы Трофима.

И посмотрел на Леру таким взглядом, что едва за ними закрылась дверь, как я от нее услышал:

— Игорь, если он, пользуясь моментом, начнет распускать руки, боюсь, не выдержу!

И я не нашелся, что ей ответить. Действительно, не убеждать же: Лера, любимая, терпи, что бы с тобой ни происходило, ведь это для общего блага!

Когда Трофим с Виталием вернулись, лицо у последнего было серьезнее некуда. Не сказать, что он горел желанием сыграть роль Теоретика, но вел себя совсем иначе.

— Вам нет необходимости все время быть рядом с перквизитором, — начал давать последние инструкции я.

— Да хватит уже, — на полуслове перебил меня Виталий. — Понял я все, понял. Ну что, пошли, милая, играть роли Ромео и Джульетты? — обратился он к Лере.

После чего отвел руку, явно намереваясь хлопнуть девушку пониже талии, передумал и неудачно попытался взять ее под локоток.

— Операция была на грани срыва! — ехидным голосом заметил Гудрон, искоса посмотрев на набычившегося меня. — А вообще со спины похож, похож. И такой же борзый.