Но вот Креат дёрнул за рычаг, и машина запустилась. Все части пришли в движение издавая то тихое мерное гудение, то щелчки, свойственные древним часам.

Я смотрел на этот плод карательной инженерИи и не мог понять принципов, по которым оно функционирует. Понятно, что гремлины в своём рвении заняться механикой собрали машину Голдберга. Два вопроса: как и для чего. Как она работает, и что будет в конце?

Как и другие представители этого класса машин, эта захватывала внимание своего зрителя. Невозможно было оторваться от всех этих шариков, катающихся по рельсам, шестерней, приводящих в движение верёвки, лопасти и пружины. Но часть узлов работала не иначе как на магии.

И вот, спустя десять минут наблюдений, последний элемент машины упал на подсвеченный пьедестал. Креат, с мистическим трепетом передал мне этот элемент и… это оказался болт. Один из болтов, которым крепились детали Здоровяка. Вот чего гремлины его так обнюхивали.

То есть все детали, которые я им пожертвовал, были использованы для машины Голдберга по созданию болтов. Я принялся разглядывать его. Так-то хорошего качества, резьба ровная, возможно даже с машинной точностью выполнена. Покрытие хромированное. Зачем? Не понятно. Зато блестит.

Я тяжело вздохнул, и сказал:

— Эми, проверь этот болт. На плотность, состав сплава и точность обработки.

— Майк, ты уверен, что хочешь совершить такое святотатство? — Я сначала завис от этих слов, а потом понял, что мой ИИ опять юморит.

— И ты туда же?

— Ну ты посмотри на их мордашки! Они так гордятся своей работой.

— Тем что перевели кучу материала для создания болтов, которые мне не нужны?

— А чем ты Здоровяка будешь чинить?

— Комплектными запасными болтами, коих осталось ещё дохрена!

— Художника обидеть может каждый, Майк. Не совершай такой ошибки.

— Мастер, извините, что прерываю ваш разговор, но наша Машина может создавать не только этот объект.

— А что ещё? — Скептически приподняв бровь, спросил я.

— Ну, мы её ещё отлаживаем. Да и развивать её есть куда. И модифицировать можно… — Начал бурчать Креат. — Но, в целом, она может создать всё.

— Прям-таки всё? Движок для корабля сможет создать? Или реактор?

— К сожалению, механизмы такого размера и сложности мы не можем создать.

— В каком смысле вы? — Нахмурившись спросил я, ведь машина же работала сама. Хотя, стоп! Сейчас я вспомнил, что во время работы не видел в помещении остальных гремлинов. — Подожди, то есть вы?

— Мы вселяемся в неё и можем таким образом создавать детали или целые механизмы.

— Ладно. Может это и не такая бесполезная штука. А что насчёт исходных материалов?