Василиса взяла паузу для размышлений. Не то, чтобы Иван Савельевич был сейчас во всём прав или сказал какие-то «умные слова». Но кое-что пенсионер угадал.
Всё дело в том, что Василиса стала «живой» всего лишь несколько дней назад. Она буквально вырвалась из бесцветного мира нежити. И первое чувство, которое накрыло её с головой, — невероятнейший гнев. У Василисы скрежетали зубы всякий раз, когда она думала о Скайлер (о женщине, которая её с грязью смешала и отняла всё).
Разумеется, Василиса намеревалась отомстить Скайлер. Поэтому она и нацелилась на Ивана Савельевича. Она хотела отобрать у Скайлер любимого мужчину. Да и вампирша Алиса ей это посоветовала, пожелав на прощание «удачи в любви». Или Василиса всё неправильно поняла и сейчас совершает какую-то детскую глупость? Почему старик, которого она хочет соблазнить, лишь посмеивается и читает нравоучительные лекции? Как же трудно быть «живой»!
И пока Василиса размышляла над сложностями жизни, что-то привлекло внимание дриады Алурины. Она резко остановилась и посмотрела на пенёк, поросший мхом, за которым явно кто-то притаился. При этом было очевидно, что дружелюбное существо не стало бы прятаться от своих спасителей. По крайней мере, это было очевидно для великанши, которая мгновенно оценила ситуацию и спросила у «командиров»:
— Порубить?
— Тише, — приложила палец к губам дриада. — Он в отчаянии и напуган. А ещё он смущён нежитью в нашем отряде.
* * *
О ком говорила дриада, стало понятно чуть позже. Загадочное существо никак не хотело показываться на глаза. Пришлось дриаде отделиться от отряда и подойди к пеньку почти вплотную. При этом её фразы, которыми она пыталась успокоить таинственное существо, стали складываться в простенькую песенку. И это песнопение возымело свой эффект. К ногам дриады, словно к матери, крепко прижался плачущий пушистый комок. Иван Савельевич вначале даже подумал, что они столкнулись с каким-то полевым грызуном размером с хомячка или с морскую свинку. Но всё оказалось намного интереснее.
Когда загадочное существо всё же смогло успокоиться и отлипнуть от дриады, то выяснилось, что это был маленький лесной фей (именно мужского рода). Описать это сказочное существо можно было как маленького человечка, покрытого густой и длинной шерстью. А за спиной у этого сказочного существа были стрекозьи крылышки. И в целом, этот маленький фей почти идеально сливался с пнём.
Впрочем, в первую очередь пенсионеру важна была не внешность сказочного существа, а информация о катастрофе, которая произошла в этом лесу.