Поэтому, вдоволь наворчавшись, пенсионер всё же выбрал расширение площади своего участка вдвое и приготовился встречать переселенцев из леса безумного древня.
А этих переселенцев оказалось трое. И вопреки пессимистичным ожиданиями пенсионера, они не были затронуты безумием. Хотя и радоваться было нечему. Необычные переселенцы стали лишним напоминанием о той трагедии, которая произошла в лесу безумного древня.
Однако начать тут стоит с маленького лесовичка, который появился на участке Ивана Савельевича с мечом наголо. При этом ребёнок был очень сильно напуган, и у него дрожали руки. Ведь Система сообщила ему, что теперь его новый дом — это участок нежити. Как тут не испугаться ребёнку? И всё же лесовичок был полон решимости сражаться с любым вражиной не на жизнь, а насмерть! Ведь за его спиной притаилась ещё парочка интересных персонажей.
Первым был маленький звероморф, похожий на енота. Оружия он при себе не имел, но зато был обвешан всевозможными склянками и растениями. И где-то Иван Савельевич такую картину уже видел. Взгляд пенсионера невольно упал на черепаху-травницу, которая имела практически тот же самый набор вещей. Вывод напрашивался сам собой — енот был коллегой черепахи. А ещё он был самым старшим в отряде.
Что же до самого младшего, то им оказалось огромное лохматое создание, которое на самом деле было всего лишь беззащитным дитём, мало что смыслящим в происходящем. Это был ребёнок багвиров. Хотя Иван Савельевич называл этих лохматых созданий «чубакками» (из-за схожести этих существ с данным персонажем из «Звёздных войн»). Как и лесовики, багвиры предпочитали селиться в лесах древней. А занимались они разведением и выращиванием лесных монстров. Причём столь необычному «животноводству» багвиры обучались с младенческих лет. И даже ребёнок багвиров, который оказался на участке Ивана Савельевича, уже имел своего ручного питомца — маленького паучка.
В общем, пенсионер весьма быстро понял, что представляют из себя эти переселенцы. Но на всякий случай, он всё же уточнил у енота:
— Тебе доверили защищать детей?
Напуганный нежитью и в то же время удивленный столь необычным участком, енот лишь кивнул.
— Больше никого нет? — продолжил допрос Иван Савельевич.
— Были — с явным сожалением наконец-то подал голос енот.
При этом енот не стал вдаваться в подробности того, что же случилось с остальными детьми. А Иван Савельевич выпытывать эти подробности не стал. Да и желания особого не было. Ведь история обещала быть не из самых приятных. Поэтому, закрыв эту тему, пенсионер повернулся к черепахе-травнице и распорядился: