Дверг тоже догадался, что фокус с «торговлей» у него не удался. Но дверги почти никогда не сдаются и всегда стремятся выйти с прибылью даже из самой безвыходной ситуации. А потому коротышка сменил тактику переговоров, и постарался добиться своей цели несколько иным способом (разумеется, при этом получив прибыль).
— Ну, ты и нежить! — дипломатично ругнулся дверг. — Тебе отважные наёмники в отряд не нужны? За найм возьмем немного. Всех кристаллов, которые успели накопить огры, нам будет достаточно.
— А разве вы из лабиринта выбраться не хотите? — в свою очередь удивился Иван Савельевич. — Только за деньги готовы отсюда уйти? Мне почему-то казалось, что это вы должны мне доплачивать за то, что я выведу вас из этого кошмара.
Дверг окончательно скис. И пенсионер решил сжалиться над коротышкой:
— Расскажи, что в этом лабиринте происходит, и получишь часть кристаллов.
— Иван Савельевич, — тут же вмешалась в разговор Лири. — Уточняйте долю! А лучше бумаги подписывайте. А то вы навечно их должником останетесь!
— Вот сразу видно, что баба! — съязвил дверг. — Мужики своё слово держат! Если мертвяк сказал, что отдаст лишь часть кристаллов, то большего я от него и не потребую!
— А о какой именно «части» ты сейчас говоришь? — тут же уцепилась в это слово Лири, подозревая, что дверг хочет прикарманить большую долю кристаллов из лагеря огров. Но даже фея недооценила жадность коротышек!
— Дурында крылатая! — раздражённо пробурчал дверг. — Всё тебе объяснять надо. Я говорю о части тех кристаллов, которые уже есть у этого мертвяка и которые когда-либо у него будут!
Признаться, Иван Савельевич не сразу осознал, что дверг говорит не о тех кристаллах, которые были найдены в лагере огров, а обо всей «сокровищнице» пенсионера в целом. А когда до Ивана Савельевича это дошло, то он едва заикой не стал от такой наглости дверга. Что уж говорить о Лири, которая едва в обморок не упала. И при этом к двергу было не придраться. Иван Савельевич сам виноват в том, что не уточнил детали сделки. Благо, что дверг не был монополистом на информацию. Женщину-гичунак уже откачали, и она вполне способна отвечать на вопросы.
Эту женщину звали Хэрит (красивая). Василиса тут же хотела что-то съязвить, по поводу такой красоты, но Иван Савельевич вовремя боднул её локтем под бок. После чего пенсионер продолжил слушать рассказ Хэрит о том, как она и её сородичи пыталась пройти лабиринт перед началом зимнего сезона, но потерпели неудачу, нарвавшись на логово кобольдов.
— Эти крысы тоже тут живут? — насторожился Иван Савельевич.