Да уж. А вы говорите Красавка с его парой хвостов!

Матюгальник висел и в этой комнате, однако его заткнули здоровенной пуховой подушкой.

Я перешагнул порог, и по гостиной прошелся вздох, а затем особы как по команде сделали изящный реверанс.

Все кроме одной.

— А вот и Евгений Михайлович! — пискнула самая мелкая девчушка и едва не бросилась мне навстречу.

— Поленька, а ну! — прикрикнула на нее девица с длинной рыжеватой косой. — Что за манеры?

Мелкая насупилась, но сдержала порыв. Подцепив платье кончиками пальцев, она неловко присела и выдала:

— Мы вас рады видеть, ваше благородие!

Я улыбнулся и вернул им поклон.

— Коля говорил, что вы обещали приехать! — воскликнула девочка-подросток в синем платье и с бантами в волосах.

— И ваша сестрица обещалась заглянуть! — поддержала ее уже почти взрослая сестра в красном платье и с короткой стрижкой.

— Она не с вами? — включилась рослая девушка в белом платье с рюшечками.

— Ой, она такая милашка, — запищали две худощавые близняшки в зеленом. — Хотелось бы снова ее увидеть!

Я был ошеломлен. Право, лучше бы мне столкнуться с Таурусом, закусившим красной Сферой.

— Вот как, — улыбнулся я еще шире, немного смирив их словесный поток. — Очень рад. Нет, увы, Настя осталась дома разбираться с делами. Познакомьтесь, это Варвара, Елена и Наталья. Мы… работаем вместе. Ничего, что я немного поздно?

— Мы с сестрами привыкли полуночничать. Правда, девочки?

И весь строй девиц тут же кивнул в унисон.

— Позвольте, представиться, — ступила вперед самая старшая в золотистом платье и поклонилась. — Анжелика!

— Белла, — следом за ней вышла девушка в красном платье и тоже поклонилась.

За ними потянулись остальные — от старшей к младшей:

— Вера. Галина. Дарья! Елизавета. Жанна… Зина, Ирина. К-кристина… Любовь! Мария. Надежда. Ольга.

— Полина! — пискнула самая младшая, и все рассмеялись.

От обилия имен у меня сразу закружилась голова. Мне показалось, или Кречетов тупо назвал их по алфавиту?

А потом они заговорили наперебой и закружились вокруг нас хороводом, словно стая голодных до разговоров куниц.

* * *

— На голове останется шрам, но за волосами никто его не заметит, — сказала Амальгама и, сделав последний стежок, откусила нитку. — Теперь она вся ваша.

— Она же, ну… нормальная? — спросила Настя.

— Абсолютно. Тот же самый человек, разве что стала чуть добрее и не такой склочной. Но за работой — ваша верная слуга. А то, что она сейчас немного странная — это пройдет… Со временем.

Хмм… А неплохой апгрейд. Пожалуй, многим бы такой пригодился.

— Готово, — сказала Амальгама и напоследок пощекотала Устинову под подбородком.