«СУПЕРНАСТЯ СПАСАЕТ ГОРОД» — прочитал я в шапке статьи, а внизу мне улыбалась чумазая мордашка сестры с двумя Сферами наперевес.
— Супернастя⁈ — вырвалось у меня, и я посмотрел на сестру.
— Эти журналисты всегда тут как тут! — пожала она плечами, смиренно попивая чай. — Не успела я выйти из Монолита со Сферами, как тут же прибежала какая-то хитрая синеволосая коза и щелкнула меня на свой фотик. Вот теперь я местная знаменитость.
— Ага-ага, и ты ей еще интервью давала? Супернастя!
— В смысле⁈ — напряглась Настя и вырвала газету у меня из рук. — ЧЕГО?
Пока она читала, ругаясь себе под нос, я заграбастал остальные издания и бегло их просмотрел.
Всего их было три: «Фаустовский репортер», «Вестник ФОЗа» и «Императорский гонец».
В «Репортере» на первой полосе я снова обнаружил Настю на фоне закрытого Монолита, но уже без Сфер — измотанную и израненную, но с одухотворенным взглядом, направленным вдаль.
Заголовок гласил: «КНЯЖНА САБЛИНА ПОКОРИЛА ФАУСТОВО». И подпись, как ни странно, того же автора. Какой-то Устиновой Н.
О себе мне попалась лишь одна фраза: «…закрывала Монолиты, пока ее брат, Евгений Скалозубов, решал проблемы с наследством умершего отца…»
— Чего⁈ — воскликнул я и хлопнул себя газетой по лбу. — Вот козлы!
— И не говори! Охренели! — кивнула Настя, сворачивая газету в комок, и выбросила ее в мусорку. — Они написали, что мне тридцатник и я разведена!
— Нашла проблему! Я…
И тут до нас донесся какой-то странный шум. Как будто кто-то… рычал?
— Что за?.. — напряглась сестра и поднялась со стула.
И тут за пределами комнаты раздался яростный лай, затем его сменил жуткий душераздирающий визг, за которым последовали грохот зубодробительного переполоха.
— Берс?.. — воскликнула Настя.
— Красавка?
Мы переглянулись и бросились на выход.
Глава 3
Добравшись до холла, мы стали свидетелями любопытной сцены. Злющий Красавка носился по лестнице вниз-вверх и, оскалив зубы, гавкал куда-то под потолок. А сверху потоком лился жалобный скулеж.
Я задрал голову.
«Отважная» собачонка Насти летала под потолком, оседлав люстру — единственное, что в холле пережило нашу драку с Герценом.
И судя по опасному треску, висеть ей осталось недолго.
— Как он туда забрался?.. — воскликнула Настя. — Бедный Берс!
— Шавка! — рычал Красавка, нарезая круги под люстрой. — Драть!
— А ну-ка угомонись! — прикрикнул я на питомца, и тот шлепнулся на зад, но не опустил обозленных глазенок. Два хвоста стояли трубой. — Чего не поделили?
— Жрачку! — ответил обиженный Красавка, с искренней ненавистью глядя на беднягу Берса.
Ну да, а как же иначе?