— Ай, ну хватит! — расхохоталась журнашлюшка, но под суровым взглядом Насти вытянула губы в невинной улыбке. Совсем как нормальный человек.

Да и слюна больше не течет. Гама и впрямь справилась на «пять».

— Все поняла, или повторить? — спросила Настя.

Не переставая глупо улыбаться, Устинова кивнула.

— Все же повторю, — вздохнула Настя. — Статьи пишешь про нас с братом в нейтрально-положительном тоне. Без «да здравствуют великолепные Скалозубовы!» и такого прочего. Только то, что видела своими глазами, но с легким позитивом. И без грязных подробностей, поняла?

— Так точно, хозяйка! — вскочила Устинова и вполне по-человечески закачала головой.

— И не хозяйка… — закатила глаза Настя. — А Анастасия Михайловна, сколько раз повторять?

— Анна Михайловна, сколько раз повторять!

Окей, на пять с минусом. Наверное, этой ночью уснуть будет проблемой. Как вспомнишь, как улыбающаяся Амальгама стояла над открытой черепушкой Устиновой и ковырялась ТАМ парой тонких светящихся зеленым светом спиц, аж мурашки по всему телу.

— Брр… — обхватила себя руками Настя и отвернулась.

Эй⁈ А где Гама⁈

— Гама-а-а-а-а, — протянула Настя, но ей никто не ответил.

Снова нексонианка как сквозь землю провалилась! Как всегда… Вжик! — и нет чертовки!

— Ладно, — вздохнула Настя и, схватив Устинову за плечи, вывела ее из комнаты в коридор. — Раз поняла, тогда тебе пора валить. Придешь домой сразу напишешь статью, и в печать. Чтоб к утреннему номеру была, понятно?

— Да!

Настя осторожно сопроводила Устинову в холл, а затем они, оглядываясь по сторонам, выбрались на крыльцо. Ибо зачем Василию Григорьевичу лишний раз беспокоиться о том, что у них в доме расхаживают посторонние, которым делают подозрительные операции на мозге?

К счастью, им навстречу никто не попался. До ворот дорога была чиста, как и новые мозги журнашлюшки Устиновой!

— Все! — сказала Настя. — Теперь уходи. Давай-давай, не задерживайся!

— Есть! — вытянулась Устинова и отправилась восвояси.

До дежурки Устинова добралась без каких-либо приключений. Шла себе и шла, лишь слегка не в такт виляя бедрами, пока не миновала ворота.

Пара гвардейцев, покуривающих в сторонке, громко присвистнули ей в след, но та даже головы не повернула. Еще шаг, и журнашлюшка Устинова исчезла с территории поместья.

Слава богам! До города ей идти, наверное, пару часов быстрым ходом. Что ж, Устинова и так просидела взаперти почти целый день. Прогулка ей точно не повредит!

Настя выдохнула.

Так, одной проблемой меньше! Теперь вторая беда — несносный брательник! И где его нексы но…

— Евгений Михайлович не звонил? — раздался вдруг голос за спиной.