— Попытка не пытка… Но а вдруг это ихний?

— Тогда шлепнем, — пожал я плечами, и почувствовал как телефон в кармане вибрирует. Нина.

— Слушаю.

— Видим вдалеке вышку. Где ты тут говоришь, яма с трупами? Сука, Федя, смотри куда грабли свои ставишь!

— Подходите к вышке и ждите. Сейчас отправлю к вам Сергея, чтобы вы не потерялись. Отбой.

Я отключился. Где-то снова завыли, и Сергей чертыхнулся.

— Так, Сергей. Мухой дуй назад к вышке на соединение с Ниной. Проведешь парней к колее и двигайтесь за нами. Мы выясним, что тут за охотники обитают, и пойдем дальше. Давай, одна нога здесь, другая там.

— Есть… — не слишком горя энтузиазмом, кивнул он и исчез в кустах.

— Ох, и не нравится мне это, — пробурчал Павличенко, и тут из избушки донесся собачий лай.

— Заходи сзади, — мотнул я головой Климу, и они с Берсом начали обходить домик.

Я же, стараясь особо не мелькать на открытой местности, осторожно выбрался из-за деревьев. Автомат пришлось спрятать за спину, но руку далеко от ремня, на всякий случай я не убирал.

Пес лаял все громче, но хозяева не торопились появляться, чтобы выяснить, кто это пришел к ним на огонек.

Тогда я быстро зашел на крыльцо и постучался.

— Эй, хозяева? Есть кто дома?

С той стороны застучали шаги, звякнула щеколда и дверь распахнулась.

На пороге стоял мрачноватый мужик. В черной бороде сверкала седина, на одном глазу расплылось бельмо. За его спиной на меня скалилась взволнованная дворняжка.

— Есть, — мужичок расплылся в добродушной улыбке. Половина коронок сверкала золотом.

Он повернулся и радушно указал в комнатку. На столе исходила паром сковорода, полная жареной картошки. Уютненько.

— Будь как дома, путник. Я ни в чем не откажу.

— Нет, спасибо, некогда нам гостить. Ты тут охотишься?

— А как же? Уж годочков тридцать из этих лесов не вылезаю. Ну-ка, ну-ка, кажется, я тебя знаю! Уж не сын ли ты графа Скалозубова?

— Угу, я.

И он расхохотался и сунул мне пятерню. Я пожал.

— Очень приятно, ваше благородие, можете звать меня Костоправ!

— Вы знали моего отца?

— Было дело… Вот так гость заявился ко мне на огонек! Фу, Джек, фу! Нашел на кого скалиться!

И он легонько пихнул пса сапогом, но тот не угомонился.

— Вы тут что же, ваше благородие, на нексов охотитесь? — спросил он, и его зрячий глаз заинтересованно блеснул.

— Можно и так сказать. Говоришь, знаешь эти леса?

— А то! Как свои пять пальцев!

— Знаешь, куда уводит колея, там дальше?

— А как же… Ваше благородие, а вам зачем?

— Ответь на вопрос.

— Хмм… В очень опасное место. Я туда предпочитаю не ходить — да и вам не советую. Там не продохнуть от всякой сволочи, а нынче они съезжаются туда, как будто им там намазано. Сталкеры, ваше благородие. Там у них «хата».