— Знамо кто, — вымолвил Сергей. — Сталкерская шелупонь. Они друг друга стреляют ничуть не меньше, чем нексов. Особенно после того как окочурился Вепрь.

— Твоя правда. Зря, ваше благородие, мы тут ходим. Еще не хватало наткнуться на какого-нибудь… Лешего. А в темноте да без силовых доспехов особо не повоюешь. Особенно если их будет двое.

— Тут кроме монстров местные хаживают?

— В кустах бродят разве что охотники, и то вооруженные до зубов. И сталкеры, естественно. Правда, отличить одних от других зачастую — та еще задачка. А еще люди Кречетова, но они далеко от дорог не отъезжают. Еще раз говорю — глухомань! Сколько людей в округе пропало — не счесть.

— Ладно… Надо бы осмотреться…

Времени становилось все меньше. Может быть, час и тут все затопит тьмой.

— Надо бы подняться куда-нибудь и осмотреться, ваше благородие, — сказал Павличенко. — Да и машину спрятать, если мы хотим поймать сталкеров с поличным. Шум мотора слышно за пару километров.

— Согласен. Мы с Берсом пока пойдем вперед, а вы найдите дерево повыше и поглядите, нет ли поблизости следов человеческого жилья…

— Я видел старую телефонную вышку, ваше благородие, — сказал Сергей. — Во-о-он! Аж, отсюда видно.

— Хорошо, тогда расходимся. Смотрите не навернитесь. Как заберетесь, позвоните мне. Мы постараемся не уходить далеко.

— Есть!

И мы разошлись. Берс все пытался вырваться вперед и утянуть меня за собой, но я начал осторожничать. Хер его знает, на что мы тут можем наткнуться.

Двигаясь вдоль еле заметной колеи, мы вышли на грунтовку. Следы от колес тянулись дальше. Скоро телефон снова завибрировал.

— Разглядели что-нибудь?

— К северу вроде бы свет, и дымок поднимается в небо, — отозвался Павличенко, а потом крикнул: — Точно видишь дым, Сергей? Не врет ли твой эльфийский взор?

— Вижу! — донесся голос водителя. — Ясно и четко!

— Хорошо, пусть спускается, и догоняйте. Мы с Берсом вышли на грунтовку в лесу. Тут повсюду следы шин. И дохрена. У вас в грузовике есть оружие?

— Немного, но несколько автоматов и гранат найдется.

— Хватайте все и поспешите. Кажется, мы и вправду напали на крупный след.

* * *

Лена открыла глаза и заморгала. Больно было хоть вой. Ее как будто неделю спаивали, а потом еще и хорошенько намяли бока.

— Эй! Ты жива? — послышался голос рядом.

Она задергалась и еще долго не могла взять в толк, почему ничего не видит? Ослепла⁈ Нет, просто на глазах повязка. А еще руки…

Связаны за спиной и прикованы к чему-то холодному. Приехали…

И тут у нее перед глазами пронеслось все их с Зиной «чаепитие». Еще помнилось, как сверкнул нож в ее руке, а потом удар об пол… и все. Провал.