— С этим парнем? Или с его разделанной гарпией?

— С обоими. Выносить вам ее придется вместе. Я бы помог, но извиняйте, — и он громко хрустнул поясницей. — Спина…

— Отдыйхайте, Шев, — ухмыльнулся я и посмотрел на своего приунывшего соседа. — Думаю, мы с Иваном поладим.

На лице Ивана появилось какое-то неуловимое выражение. Одно из двух. Либо он меня испугался, либо удивился, что мое благородие вообще согласилось жить в одной с ним комнате.

— Хорошо, располагайтесь-с, — кивнул комендант на незанятую кровать и направился на выход. — Ужин в семь.

— А сейчас сколько? — спросил я его.

— Шесть пятьдесят.

— Зараза… Надо спешить.

Дверь за комендантом захлопнулась, и мы с Иваном остались вдвоем. Кивнув ему, я бросил рядом с койкой свои вещички. Доспехи с мечами грохнули об пол так сильно, что мой сосед вздрогнул и будто только сейчас осознал, что происходит.

— Иван! — он подскочил он ко мне с вытянутой рукой, но не успел я ее пожать, как тут же вытянулся в струнку. — Ой… В смысле… Простите, ваше благородие. Сглупил.

Он отошел на шаг, а затем поклонился и, щелкнув каблуками, резко выпрямился:

— Иван Ильич по прозвищу Живодер!

— Так ты тут у меня с «реверансами» заканчивай, — покачал я головой, сам взял его руку и крепко пожал. — В ГАРМе все равны. Я Женя из Сибири.

— Угу… конечно… — буркнул Иван.

— Ты тут чего безвылазно сидишь? — спросил я, пытаясь справиться с оконной фрамугой. Она скрипела так, словно ее законопатили еще с зимы десятилетней давности.

Наконец, она завизжала на всю комнату и впустила внутрь целительный ветерок. Если, конечно, можно его так называть. Все же жить посреди огромного постоянно дымящего завода-крепости — то еще удовольствие.

На глаза мне снова попалась звезда. Она полыхала на вершине башни совсем недалеко. В масштабах ГАРМа, естественно.

— Да как-то не до прогулок… — пожал плечами мой сосед и уселся на койку. — У нас тут лучшая прогулка — рейд. А пока рейдов нет, лучше учебой заняться. А с ней я и поесть порою забываю. Вот как сейчас.

И он с тоской во взгляде посмотрел на свою недорезанную химеру.

— Ты как хочешь, а этого твоего «друга» все же придется вынести. Не хочется мне в первый же день ругаться с вашим Шевом.

— Угу. Да и похрен! — махнул рукой мой сосед и принялся убирать инструменты. — Я и так почти закончил. Еще бы кишечник перебрать, но это работа не на один час…

— Ух ты! — подошел я к стойке с доспехами в углу. — Твои?

— Смеетесь?

— В смысле?

— В смысле «ух ты». Обычный «Фауст-2», ничего особенного. У вас, как я погляжу, целый шестой. Да еще и навороченный какой-то…