Скоро мы оказались в темной пустой спальне. Небольшой, даже чуть меньше, чем наша с Иваном, но крайне уютной.

Устав целоваться, мы опустились на кровать, и я помог девушке раздеться. Расплетать ее толстую косу было отдельным удовольствием.

Хотя нет. Отдельным удовольствием все-таки было другое — Маша оказалась немного ненормальной не только в повседневной жизни.

* * *

В морге холодрыга стояла лютая, и пока они спускались по высоким ступенькам, Герда вся продрогла. На душе скребли кошки, и будь ее воля, она бы умчалась отсюда как можно дальше. Но, увы… Когда ты идешь следом за Великим Инквизитором отставать не следует. И в буквальном, и в фигуральном смысле.

На значительном отдалении от них двигались два телохранителя его высокопреосвященства, но Герда была уверена — если потребуется, они окажутся на расстоянии удара в мгновение ока.

Открылась очередная дверь, и они вошли в помещение с низким потолком. Стена сквозила десятком отсеков за стальными дверцами. Только Инквизитор перешагнул порог, как одну из них открыли и выкатили наружу столик, на котором под белой простыней лежало тело.

Только взглянув на него у Герды ком подошел к горлу. Нет, только не это…

Инквизитор подошел к столику и поманил спутницу пальцем. От запаха формалина уже мутило, но она безропотно подчинилась.

Простынь сорвали одним движением, и Герда закрыла глаза. Кто находился на столе, не приходилось даже гадать, но в иной ситуации она и в жизни бы не узнала в этом обезображенном теле своего наставника.

— Чего зажмурилась? — сказал Инквизитор. — Не узнаешь?

— Узнаю, — проговорила Герда и медленно открыла глаза. — Зачем вы мне его показываете? Мы же не на опознании.

— Ты боишься?

— Я бы предпочла не видеть его таким.

— Не поверишь, но я тоже, — хохотнул Инквизитор в бороду. — Однако превратности нашей работы таковы, что работать в белых перчатках не получится, милая моя.

— Я поняла, но… — сказала Герда и сжала зубы.

— Ничего ты не поняла. В твою задачу входило не просто подписывать за Горном бумажки, а еще охранять тело Руки Императора. И вот — полюбуйся.

— Но… Он сам… Его же…

— Пошли, — перебил Инквизитор, и служащие схватились за каталку.

Скоро они снова шагали по коридору.

Колесики противно скрипели, а сердце Герды стучало как бешеное. Куда они двигаются с телом ее мертвого начальника, ей не хотелось даже думать.

— Неважно, что произошло, — холодно проговорил Инквизитор, не оборачиваясь. — Важно лишь то, что враг торжествует, а наш человек мертв.

— Ваше высокопреосвященство…

— Императору не нужны оправдания, — процедил Инквизитор. — Ему нужен результат. По итогу операции в Фаустово от преступника даже следов не осталось.