— Фу, гадость! — воскликнула сбоку Маша, и они с Гердой принялись рубить, жечь и давить гадов.

Сверху с треском открылось отверстие — и оттуда тоже полезло паучье братство! Герда отстранилась, и тут одна из тварей прыгнула ей в лицо.

Меч Маши был быстрее. Брызнула кровь, и разрубленная паучья тушка упала на землю.

— Спасибо… — выдохнула инквизиторша и ударила плетью по земле. По ней прокатилась волна светящихся трещин и всех пауков, попавшихся на пути, порвало на части.

Еще драгоценную минуту пришлось потратить, чтобы проложить себе дорогу по хрустящим хитиновым панцирям. Плети, копья и пылающие змейки убивали тварей десятками, а их становилось все больше — за пауками последовали крысы, и тут Герда совсем озверела.

— Отойдите! — крикнула она, а затем распалила кольца энергией до отказа.

Раздался оглушительный рев, и вырвавшиеся наружу змеи пронеслись по туннелю метров на тридцать, уничтожая все живое.

Когда пламя погасло, туннель был выжжен дотла, а рельсы побелели от пепла. От некспоколонников и их домашних любимцев остались только скрюченные тени на стенах.

Ой, больно-то как… Герду повело, и если бы не товарищи, она точно бы расшибла себе затылок о рельсы.

Так, Гертруда Михайловна, расслабься… Такими маневрами вы еще тут обвал спровоцируете, или прибьете кого-то из своих, кто дерется внизу.

Еще один нексопоклонник, охваченный пламенем, предпринял отчаянную попытку добраться до их команды, но мимо него пронеслась здоровенная тень со светящимися глазами. Миг спустя, и разрубленное пополам тело корчилось на рельсах.

— Легок на помине, — пробормотала Герда, когда перед ней вырос конструкт Феликса. В его когтистых лапах затихало еще бьющееся сердце.

Ага, кажется, именно этот болван не умел варить кофе!

— Давайте быстрее, мы почти добрались до нижнего уровня, — раздался голос Янковского.

Конструкт раздавил сердце, и молнией юркнул в боковой проход, откуда валило как из печки.

От дыма Герда уже не знала куда себя деть. Даже противогаз не спасал — вокруг творилась настоящая феерия огня и света. По углам метались тени и силуэты, стоял вой, крики и жуткий рык.

Вот последний беспокоил ее куда больше — там дальше, походу, неистовствует нечто поистине жуткое.

Мантикора? Химера? Таурус? Или что-то новенькое…

* * *

Поездочка оказалась запоминающейся. Мне стоило больших усилий удержаться и не рухнуть твари под ноги.

Грунтолом совсем не обращал внимание на такую мелочь как стены, и с ревом несся по бесконечным штрекам, раскидывая нексопоклонников как кегли. Его лапы и нос-бур рвали уродов на части, а тех, кому «повезло» не попасть под раздачу, оказывались у монстрах в зубах.