— Шатров, чего замолчал? Доклад!

— Эмм, Нина Андреевна с госпожой Амальгамой изволят тренироваться! Мы пытались их урезонить, но, кажется, Нина вошла в раж…

Я закатил глаза. Совсем забыл! Тренировками Гама выжимает Нину до капли, и совершенно не собирается останавливаться. И ее можно понять — у племянницы Зубра завтра дебют, и от этого дебюта зависят жизни бойцов.

Еще позавчера на крыше раздавался тяжелый топот и звуки ударов. Оказалось два конструкта решили немного повоевать на солнцепеке, и нам с Зубром стоило огромного труда перелопатить всю усадьбу, чтобы найти неразлучную парочку. Обе устроились на самом нижнем уровне подвала и попивали чай.

Вернее, пила его одна Гама. Нина же, вся в поту, лежала на диване. Ее глаза под веками словно взбесились. На каждый грохот сверху, девушка отвечала дрожью.

— Тренировочный процесс — вещь нелегкая, — пожала плечами Гама. Глаза она тоже держала закрытыми и точно так же, как и Нина, быстро двигала ими под веками.

Похоже, и нынче Нину «качают» в поте лица. Вроде, вчера Гама очень тепло отзывалась об успехах девушки. Сегодня у них что, экзамен?

— Прислугу мы спрятали в подвале, — кивнул Шатров. — На всякий случай.

— Ладно, сидите и не высовывайтесь. Настя, Маша, окружаем их!

Под грохот одиночных выстрелов мы с девчонками обошли дом и углубились в парк. Скоро показалась длинная борозда в траве — тут, похоже, тащили что-то очень тяжелое. Или кого-то…

Затем на нашем пути вырос дуб — разбитый надвое чем-то очень острым. О! А здесь явно кого-то лупили башкой о камень… Мы пошли дальше, и «дорога» вывела нас в дальний угол парка. Тут тоже все было разворошено будто ковшом поработали.

Такими темпами от заново отремонтированной усадьбы останутся одни руины!

— Вот она! — ткнула пальцем Маша в тенек от лип, где располагалась беседка. В ней сидела Нина и не спеша потягивала чай. Ее рука слегка дрожала.

— Привет! — окликнул я девушку. — Где Гама?

Не открывая глаз, она кивнула, и тут же из кустов вылетел конструкт. Перекувыркнувшись пару раз, он подпрыгнул и, проделав огромную борозду в траве, вскочил на ноги. Все четыре руки у него были прижаты к торсу и связаны сверкающими нитями. Конструкт дергался, пытаясь разорвать путы, но все тщетно.

За ним кусты «выплюнули» еще двоих, и оба колбасками покатились к ногам первого. Он же уже освободился и, перепрыгнув своих товарищей, ринулся в атаку.

Но едва он сделал прыжок, как из кустов вылетела четвертая тварь и сбила его на ходу. Двое металлических монстров полетели к остальным, грохоча как стальные кегли.