— Мы должны соединиться! — вновь захрипело слепленное из нексов существо, пытаясь выбраться из-под люстры. — Нексус и Земля, сотни и сотни миров, которые должны стать единым целым. Ну же! Не тратьте время понапрасну, дети мои… Становитесь частью нас…

— Так, девочки, заканчивайте этот цирк, — вздохнул я. — Ничего кроме пафосной белиберды он нам не расскажет. Цельтесь… куда-нибудь. Огонь!

Комнату наполнил грохот выстрелов, но все перекрыл рев монстра:

— Неро! Дай мне руку! Ты же часть Нексуса!

Пули месили жуткую тварь, но та все никак не желала подыхать. Скоро в пушках вышли все патроны, и пальба затихла.

Рост копошащейся на полу массы прекратился, и вдруг из нее вылезла рука и схватила с пола сигарету.

— Чем больше ты сопротивляешься Нексусу тем он сильнее! — прорычала тварь, сунув сигарету в уголок рта. — Так было из века в век…

— Эй, девочки, смотрите, что я нашла! — раздался крик, и из-за спин выбежала Мальвина. В одной руке девушка держала красный баллон, а в другой сжимала длинную трубку. — Лежал под лестницей и… Ой, мамочки!!!

Так это ж огнемет! То что надо, даже энергию тратить не придется!

— Дай сюда! Нашему другу срочно нужно прикурить!

Я взял у синеволосой девушки пушку и направил ствол на гада.

— Неро! Присоед…

— Да заткнись ты уже! — я нажал спуск и жахнул струей пламени Воротынскому прямо в рожу.

По ушам снова ударил визг, но в этот раз он был предсмертным. Подыхала тварь долго, и когда перестала дергаться, я бросил пустой баллон на пол и плюхнулся на дымящийся диван.

Мальвина взяла бильярдный кий и, сделав несколько осторожных шагов, ткнула им монстру в бок.

— Спекся! Правильно говорят — курение вредит здоровью.

— Уберите его подальше, а то несет как от мусорного ведра, — поморщился я, нашаривая на полу телефон Владимира.

— Куда его?

— Как куда? В сортир. Там ему самое место.

Опасаясь прикасаться к дохлому монстру девчонки еще походили вокруг, но таки нашли веревку, привязали к одной из лап и, наконец, оттащили останки.

— Руки помойте! — крикнул им вслед Пьер.

Телефону пришел кирдык, но по счастью, симка уцелела. Через минуту она уже квартировала в моем мобильнике, а я искал номер старшего Воротынского. Ага, вот и нужный контактик!

«Батя» ответил через пару гудков. Я посмотрел на девочек и прижал палец к губам.

— Да, сын? — прозвучал на «проводе» голос Льва Константиновича. — Ты одумался?

— Да, папа, — сказал я голосом Владимира Воротынского. — Я звоню, чтобы попросить прощения. Не знаю, что на меня нашло… Давай все забудем? Знаешь, у меня для тебя даже есть подарок.