Завсегдатаями этого заведения были, в основном, простецы. Бывало, конечно, что сюда забредали и любители приключений, состоявшие в дворянском сословии, но это скорее было как раз то самое исключение, что лишь подтверждает правило.

Обычно тут отирались всякие клерки, менеджеры нижнего и среднего звена, и прочая бессмысленная мелочь. Те, кого во всех мирах презрительно именуют офисным планктоном. Аншлаги, как вы понимаете, в этом клубе бывали регулярно — по пятницам.

В ночь с пятницы на субботу тут можно было насмотреться всякого. Вполне обычными явлениями были пьяные танцы на столах, хоровое и сольное исполнение скабрезных песен, любительский стриптиз и потешные драки посетителей, сподобившихся нажраться до поросячьего визга.

Бывало, что парочки, вконец потерявшие от чрезмерных возлияний всяческий стыд, демонстративно совокуплялись под грохот хард-брутал-рэпа прямо в центре танцпола… И всё это проходило под бурные аплодисменты вусмерть пьяных зрителей. Конец рабочей недели — это величайший праздник! И каждую неделю его тут отмечали с впечатляющим размахом, как в последний раз…

Иногда сюда заваливались компании дальнобойщиков или затянутых в потёртую кожу рокеров, и тогда вечер окончательно переставал быть томным и завершался, как правило, вызовом полиции. Полицию, само собой, вызывали не просто так, а для того, чтобы они пресекли очередную массовую драку, грозящую разгромом самого заведения, или иное, столь же разрушительное событие. И хмурые городовые наводили порядок быстро и безжалостно.

Вообще, мордобой был тут явлением привычным, хоть по настоящему масштабные потасовки случались не так часто, поскольку дальнобойщики, рокеры и прочие любители активного отдыха захаживали сюда, всё-таки, далеко не каждый день. У них были свои любимые заведения. А тут для них было скучновато.

Вот и этот августовский вечер протекал пока относительно тихо. На танцполе извивались любители потанцевать, преимущественно девушки. Мужчины же, почтившие сегодня это злачное место своим присутствием, солидно сидели за столиками и, попивая мелкими глотками вискарик или ром, расслаблено наблюдали за танцующими и прикидывали, к кому из танцовщиц они сегодня будут подкатывать… Вечер только начинался, и до кульминации было ещё далеко.

В затенённом углу, где длинная стойка бара, отделанная морёным деревом, упиралась в стену, стоял одинокий человек лет двадцати семи-тридцати. Он выделялся среди посетителей клуба своим высоким ростом и широкими плечами, да и вообще, выглядел довольно спортивно. А сочетание низкого лба, короткой стрижки и свирепой физиономии, интеллектом не обезображенной, ясно давало понять, что он не корпит над бумажками в офисе, а, скорее всего, этот офис охраняет.