Она точно знала: Давиду не выжить. Никто бы не выжил после выстрела грудь.

Мила рыдала взахлеб, давилась слезами, чувствуя, как в легких кончается воздух, но не в силах остановиться.

Что с ней не так? Почему ей приходится тащить эту непосильную ношу? Почему люди вокруг гибнут? Почему у нее не выходит их спасти?! И ведь так продолжается с самого детства! Убили мать. Отчим, заменивший ей родителей, тот, кем Мила гордилась и с кого брала пример, оказался убийцей. Из-за нее погиб Алексей Кириллович, прекрасный человек и профессионал. Она — именно она! — разрушила брак с Федором, не смогла построить семейную жизнь с потрясающим мужчиной. А теперь Давид. И ведь понимала, что ее сны необычные, но ничего не сделала, чтобы уберечь его от опасности!

Ноги не держали. Мила сползла по стене на пол душевой кабины, обхватила руками колени. Раскачиваясь, она выплескивала со слезами боль и отчаяние, оплакивая погибшую надежду на то, что все еще будет хорошо.

Сколько времени прошло, Ардо не знала. Слезы наконец прекратили течь, и она вылезла из душевой кабины, приказав себе больше не плакать. Уже ничего не изменить, остается только жить с тем, что есть.

Достав телефон из куртки, Мила его отключила, забралась под одеяло и прикрыла глаза. А потом ее сознание просто провалилось в темноту.

***

Из сна, больше похожего на забытье, Милу выдернули голоса за дверью — мужской, женский и детский, — сопровождаемые бряканьем колесиков чемодана. Видимо, в гостиницу заселялись туристы.

Повернувшись на бок, Ардо посмотрела в окно. Еще не рассвело, небо даже не начало светлеть, но спать больше не хотелось. А вот что-то съесть и выпить крепкого кофе было бы неплохо.

Мила села на постели. Тело ныло так, словно она разгружала вагоны, голова гудела, от слез опухли глаза. Посидев, Ардо все же поднялась и поплелась в душ. На то, чтобы привести себя в порядок, ушло не много времени, и спустя примерно полчаса Мила вышла из номера.

Сперва остановилась, подумав зайти к Федору, но догадалась включить телефон. Часы на дисплее показывали полвосьмого утра. Решив не будить друга, спустилась в холл. Огляделась и, не увидев Галину, вышла на улицу.

Холодный воздух, наполненный влагой и свежестью, заставил поежиться, но хоть немного взбодрил. Передернув плечами, Мила неспешно побрела в кафе, где они всегда завтракали. По пути ей встретилось с десяток сонных прохожих да парочка машин. Город только начинал оживать.

Удивительно, но сегодня Миле было гораздо легче, чем вчера. Возможно, из-за пустоты, которая появилась у нее в душе. Сейчас она не ощущала никаких эмоций, лишь равнодушие.