Остановившись у соседнего дома, Федор набрал номер Антона. Подчиненный ответил на вызов начальника не сразу, пришлось немного подождать.
— Федор Игоревич, добрый вечер.
— Еще раз привет. Антон, ты дома уже?
— Да. А что? Случилось чего?
— Не то чтобы случилось. Я тебе скину адресок, пробей его хозяина: кто? что? где?
— Понял. Принял.
— Вот и ладненько. Ну все, спокойной ночи.
— Ага. И вам.
Сбросив вызов, Федор отправил Антону адрес дома, где сейчас находилась Нина, и решил — достаточно слежки. Сегодня надо все обсудить с Милой и Давидом, а завтра Там видно будет.
Глава 15
Давид не любил кладбища, но в данном случае оно было единственным местом, где сработал бы древний ритуал поиска. Он уже почти не сомневался, что параллельно им с Милой и Федором действует такой же колдун, как и сам Давид, причем не слабый.
И если городское кладбище нашлось без проблем, то для поиска необходимых трав пришлось потрудиться. Но кто ищет, тот всегда найдет.
Дождавшись темноты, когда наверняка уже разошлись живые посетители, Давид ступил на кладбищенскую землю. Тут же к нему со всех сторон начали стекаться души умерших, но так как защита не дала бы провести ритуал, Давид просто старался их игнорировать.
Он прошел вглубь, чтобы его не заметил смотритель, и выбрал место посуше. Достал из рюкзака черную плотную ткань размером метр на метр, расстелил ее на земле. Погода, словно почувствовав, что он хочет сделать, взбунтовалась. Поднялся сильный ветер, который чуть не унес ткань, но Давид придавил ее носком ботинка. Затем он достал небольшую железную чашу, мешочек с травами, зеркало и сорок свечей, перевязанных черной толстой нитью. Расправив ткань, прижал один ее край рюкзаком, чтобы она не улетела, и опустился на колени.
Ветер усилился. Кроны немногочисленных деревьев раскачивались и сгибались, надрывно скрипя. Казалось, они того и гляди рухнут на землю, прибивая к ней мужчину.
Давид не обращал на это внимания. Достав из мешочка травы, он положил их в чашу и расставил вокруг свечи. Вытащил из кармана зажигалку. Поджечь свечи удалось не сразу, так как ветер постоянно гасил огонь, но все же удалось. Прикрыв веки, Давид приступил к чтению заклинания на древнем наречии. В нужный момент, не прерывая заклинания, поднес зажигалку к чаше. Травы вспыхнули в ту же секунду. Огонь поднялся резко и высоко, чудом не опалив мужчине ресницы и брови, но Давид даже не отклонился. Так же быстро, как и загорелись, травы потухли, но продолжали тлеть, выпуская густой, горько пахнущий дым.
Взяв чашу, Давид поводил ей на уровне лица, чтобы воздух как следует пропитался дымом. Затем, поставив чашу обратно на ткань, вытянул вперед руку с зажатым в пальцах зеркалом и посмотрел в него сквозь огонь свечей.