Это предположение Мила и обдумывала, пока слушала разговор мужчин. О том, куда она с коллегами поехала, знало шесть человек: Давид, Федор, Евгений Валерьевич, Иван, Александр и Вениамин. Все. Но информация как-то просочилась. И кто же тогда предатель?

Мила и представить не могла никого из перечисленных в этом качестве, а потому усилием воли отбросила мысль о предательстве. Мало ли, вдруг существовали еще какие-то документы. Или кто-то из приближенных бывшего главы питерского отделения «Ока» решил проверить исход неудачного эксперимента.

После завершения беседы с начальством Федор лег отдыхать, а Мила и Давид поехали в редакцию газеты. Они планировали разузнать что-нибудь о журналисте, написавшем ту статью об оборотне. Вообще-то, по плану Мила должны была днем дежурить у завода, но из-за того, что Давида с утра забрали в полицию, они с Федором полдня провели в ожидании. Еще и на звонок Громову много времени ушло. В итоге слежку за химзаводом пока приостановили.

До редакции они ехали молча. И только припарковавшись, сидящая за рулем Мила разрушила гнетущую тишину:

— А что мы им скажем?

Давид непонимающе посмотрел на нее.

— В каком смысле?

— Ну не можем же мы с порога огорошивать всех вопросами о журналисте, писавшем статьи в девяностых годах. Нужно как-то объяснить, откуда мы о нем узнали и почему им интересуемся.

— Не будем отходить от первоначальной легенды, — после непродолжительных раздумий решил Давид. — Мы — журналисты, приехавшие написать цикл статей о городе. Изучая различные материалы, не раз натыкались на статьи местного репортера. Работы нам понравились, в них виден профессионализм, и теперь мы хотим в свою статью включить рассказ о Как там его зовут?

— Андрей Миронов.

— Ну вот, рассказ об Андрее Миронове. Или тебя что-то не устраивает?

— Да нет, ты хорошо придумал. Главное, чтобы нам в редакции поверили. И помнят ли они Миронова — вопрос. Лет-то немало прошло.

— Если нет, то попросим Мареева, он опять напряжет своих подчиненных, и они найдут инфу. Но не хочется привлекать слишком часто людей извне.

— Ты прав. Идем?

Давид кивнул в ответ, и Мила уже потянулась к ручке, когда он снова заговорил:

— Хотел спросить: что ты делаешь сегодня вечером?

Мила на мгновение растерялась.

— А-а Ну вроде как ничего.

— Мне нужна подстраховка в одном деле. Поможешь?

— Конечно.

— Отлично. — Давид посмотрел в окно. Время уже приближалось к пяти вечера, и на улице смеркалось. — После редакции и поедем. Как раз стемнеет.

— А что за дело?

— Потом узнаешь. Все, идем. А то скоро рабочий день закончится.