— Я не боюсь, — сглотнув вязкий ком в горле, хрипловато ответила она.

— Тогда откуда столько возмущения? — как ни в чем не бывало спокойно проговорил Давид. Он отстранился и шагнул назад.

— Это противозаконно, — напомнила Мила.

— Давно ли тебя стал волновать закон? Помнится, даже когда работала следователем, нарушала его. А тут вдруг вспомнила.

Мужчина усмехнулся, и Мила сдалась.

— Ладно. Что ты хочешь там сделать? — уточнила она, махнув рукой на дверь библиотеки.

— Вызвать дух Татьяны. Спросить, кто ее убил и что убийце было нужно.

— А вдруг что-то случится?

Мила еще помнила последний раз, когда Давид вызывал духов. В тот день они чудом остались живы, но другому человеку так не повезло — он погиб. И повторения истории Ардо не хотела.

Давид уверенно покачал головой.

— Ситуация в корне отличается от той, в старом доме рыбака. Как минимум — здесь нет злых духов, желающих смерти живым. И пока не стало поздно, я собираюсь поговорить с Татьяной.

— И какая роль отводится мне?

Давид широко улыбнулся и подмигнул.

— Стоять на стреме.

Ардо открыла рот, но Давид не собирался ничего слушать. Он развернулся и зашагал дальше.

— Подожди! — Мила догнала его. — Куда ты идешь? — спросила, когда они прошли мимо входа в здание библиотеки.

— Ищу слепую зону. Не можем же мы под камерой пройти через главный вход, верно?

Мила поискала глазами красный огонек камеры видеонаблюдения и обнаружила его под крышей. С этого ракурса камеру скрывал козырек, поэтому сразу она ее и не заметила.

Давид целенаправленно куда-то шел по тротуару. Вскоре Ардо, неотрывно следующая за ним, поняла, что идут они к соседнему зданию, в окнах которого не горел свет. Обойдя это здание, они снова вернулись к библиотеке, но с внутреннего двора. Мила теперь сообразила, почему Давид поступил так. Чтобы не попасть в радиус обзора камеры видеонаблюдения, он прошел дальше, тем самым отводя от себя подозрения.

Остановившись у запасного выхода, Давид попросил:

— Посветишь?

Он протянул Миле маленький фонарик. Она забрала фонарик и встала рядом, светя на дверь.

Первым делом взяв из рюкзака тонкие черные перчатки и надев их, Давид вытащил отмычки в виде брелока. Он опустился на одно колено и принялся копошиться в замочной скважине.

Мила светила фонариком на дверь и дышала через раз, постоянно прислушиваясь в окружающей обстановке. Ощущая, как с каждой утекающей секундой все сильнее разгораются в душе страх и волнение, она недовольно поморщилась. Что-то слишком часто эти эмоции стали посещать ее на заданиях. Раньше, работая следователем, она не испытывала и десятой доли подобного.