Доверие наработал.

Всё как было? Пока в себя приходил, расхаживаясь по коридору, восемь раковин прочистил от засоров по палатам. Попутно починил три капающих крана в кабинетах и перевязочной. Ещё один полностью сменил в столовой, когда главврач новый принёс, глядя на нездоровый энтузиазм пациента. А в награду витаминки лежат на тумбочке. Даже булочками накормили из буфета.

Уважают.

Проблема заключалась в халатности местного сантехника. Тот приходил от случая к случаю, порой поглядывая из запоя на окружающий мир одним глазком, затем срывался и снова погружался на дно. Уборщицы поговаривали, что всё от того, что часто включал телевизор, а после как правило, не выпить уже не мог, вдаваясь в аналитику. Особой надежды на него медперсонал не возлагал и когда в отделении вдруг заработала вся сантехника ровно так, как и планировалось, отношение к Борису Глобальному стало как к уважаемой персоне: чистое бельё по размеру и две порции в столовой, а хлеба давали сколько угодно по первому запросу.

Хоть лепи из него.

Но истинное почтение выражалось в том, что мог в любое время сантехник мог взять ключ в ординаторской и воспользоваться служебным совмещённым санузлом. Более того — мыться, когда пожелает. Пользуясь случаем, Боря и понежился в ванной перед выпиской как следует. Расслабился перед погружением в рабочий график. Но стоило отмыть себя до зеркального блеска, как клапан затравил.

Сантехник снова прислушался к ощущениям. Слабоват напор. «Пшик» скажет и затихнет.

«Спокойно, Боря, без нервов», — снова заявил внутренний голос: «Мы всё успеем».

Поспорить с ним не удалось. В кабинет вошёл пожилой доктор. Пациент приподнялся из уважения, но был посажен на место властным взмахом морщинистой руки.

— Сидите, Борис. Не вставайте.

По возрасту видно — опытный. Но ещё не настолько стар, чтобы самому под наблюдение попасть. Доктор подслеповато глянул на распечатанную историю, поставил росчерк на выписке, заверил печатью и протянул с той надеждой в глазах, что не придётся комментировать происходящее.

— Док, так что со мной было? — спросил Боря уже сам, так как чувствовал себя великолепно, но и интерес насчёт здоровья присуствовал.

Никаких тебе инсультов и инфарктов, от которых отходить и восстанавливаться хоть всю жизнь. Только таблетки с витаминками давали. Беленькие. Иногда Глобальный подозревал, что это слабительное, чтобы долго койко-место не занимали. Но с ходу ничего не докажешь.

— Невралгия, — улыбнулся седой доктор с прищуром. — Удар, знаете ли.

На этом разговор мог и закончиться, но упрямый пациент ждал ещё пары слов. А лучше предложений. Развёрнутых, обстоятельных. Пришлось объяснять.