— Я сантехник, — ответил Борис и гордо добавил. — Русский сантехник.
С улыбкой победителя он выключил компьютер из розетки. А затем с чувством выполненного долга разделся, взял одело на двоих, лёг рядом с Яной, и подгрёб ту под себя.
Яна сначала заворочалась, но прижавшись холодным задом к тёплому паху, успокоилась. Вздохнула и впервые за день по-настоящему расслабилась.
Хорошо, когда мужик решает.
Глава 26 Боря, как ты вырос!
Яна, как и любая женщина, не терпела пустоты. Ей рядом по жизни нужен был мужчина, чтобы ощущать наполненность. И проснулась она от того, что на кровати стало слишком просторно. Пощупав область позади себя, чтобы точно убедиться, она даже расстроилась.
Суть женщин в наполнении пространства смыслом. А если нет у мужчины рядом с женщиной, то какой смысл в существовании этого пространства? Так, баловство одно.
«Привиделось, что ли?» — подумала Яна, пеняя на ночные грёзы.
На кухне раздался грохот посуды. С лёгкой тревогой хозяйка подскочила с ложа, и вдруг поняла, что полностью голая. Кто-то ночью позаботился о ней и полностью раздел.
«Но кто? Неужели поклонники прознали адрес?» — гоняя эту мысль по кругу, она накинула на себя халат и медленно прошла на кухню, откуда пошёл запах яичницы.
— Боря⁈ — с лёгким удивлением и каплей восторга воскликнула она.
Утренний сантехник стоял к ней в пол-оборота, сверкая мощной ягодицей. Скрывалась та за семейными трусами, но была внушительно-обозначена, что немало пробуждало аппетит пресыщенной развратом, но такой голодной до живого тепла женщины. Тело словно говорило с ней. Область ниже лобка хозяйки, например, намекала, что неплохо бы отдохнуть день-другой, а потом уже «о-го-го», и «давай!».
Но Боря орудовал ухватом, коварно не замечая этих намёков в голове Яны. Ночной гость гонял яйца с колбасой по сковороде, переворачивал хлеб и предварительно обжаренный лук. Из одежды на нём был лишь передник с принтом сисек.
Повернувшись на звук пробуждающейся женщины, он тепло улыбнулся и заявил:
— Доброе утро. Умывайся и давай завтракать.
Яна застыла на месте, не веря ушам своим. Антон за всю совместную жизнь ни разу не сказал ей «доброго утра». И тем более ни разу не приготовил завтрак.
Один раз, правда, заказал суши. Но те привезли вчерашние, так как «японские мастера» узбекской национальности отказывались готовить их до рассвета. Дали, что дали, с засохшим рисом и заветренной рыбой.
Тот завтрак тут же отправился в помойку.
Раздумывая над этим, Яна приняла душ. Натруженную за последние дни вагину щипало. К большому её сожалению, а то воздала бы ему по заслугам.