Василий Степанович вздохнул и замолчал, ностальгией накрытый. А какой процент правды из сказанного — подсказок не дал.
Сами, мол, догадаетесь.
Глава 9 Неоспоримый
Но гости есть гости. Заговорить всех не получится. Развлекать надо. С той мыслью Степаныч подхватил баян, поднялся с кресла и бодро зашагал из зала в коридор, намереваясь избавиться от лишнего чая. Но резко остановился и повернувшись, заявил:
— Вот это байка, а не то, что кто-то полз три дня с пулей в сердце по пустыне, а умер от гонореи!
Стасян заржал и пошёл умываться следом. Боря вздохнул, оделся по-зимнему, обнаружив пуховик, ботинки и шапку и пошёл в магазин за продуктами.
В холодильнике шаром покати. А эти двое байки травят. Одного ещё одеть надо. Кроссовки-то утеплённые, месяц переживёт, а без куртки и шапки — долго не протянет. На родню надежды мало, когда детине четверть века.
По пути в магазин Коба позвонил. Правое ухо стреляло, пришлось приложить к левому.
— Борис, я полон вопросов и негодования, — начал с ходу собеседник. — Таки скажите, почему вы вчера не пришли?
— Небольшая автокатастрофа, Моисей Лазаревич. Лобовуху потерял. Рассчитываю сделать к обеду и сразу к вам.
— Прискорбно, — донёс динамик. — Неужто вы гонщик? Вот уж никогда бы не подумал!
— Скорее, артиллерист.
— И таки кого вы подбили? — тут же уточнил собеседник.
Боря пожал плечами, но вовремя вспомнил, что сей манёвр останется без внимания. Пришлось ответить, как есть:
— Полагаю, врагов честных предпринимателей… Но давайте не будем об этом по телефону.
— Разумно, — не стал спорить Коба. — Мировое правительство довольно слухасто. Но и вы меня поймите, Борис. Видите ли, у Сарочки мёрзнут ноги. И если раньше я просто отпускал её в ванную на ночь глядя на пятнадцать минуток погреться, то вчера был вынужден битый час к ряду кипятить тазик на газу. А его же ещё таскать в ванную надо! Спина уже не та. А газ нынче не дёшев. Я часто задаюсь вопросом, Борис. Когда до нас-таки дойдёт газификация? Почему пользуемся сжиженным, привозным вместо природного, трубного? Труб им на нас жалко, что ли? Или вам труб на нас жалко?
— Моисей Лазаревич, спрошу у газовщиков сразу, как только получу высшие формы допуска и пойду работать в Нашгазпрём, — лихо ответил сантехник.
— Почему «наш»? — уточнил собеседник.
— Потому что «их» не трогаем.
Посмеялись.
— А вы высоко метите, Борис, — повеселел Коба. — Впрочем, я сразу заметил в вас потенциал. А раз мы снова обратно договорились, не вздумайте больше меня разочаровывать. За себя-то переживу, но вот за Сарочку обидно будет.