— Не бойс-ся, товариш-ш Ш-шума, я ф-фсё с-сделаю с-сама…

— Как бы не двусмысленно это звучало, — усмехнулся я, — но может объяснишь поподробнее.

— Ты не поймёш-ш вс-сех-х тонкос-стей этой прос-седуры, но я не приш-шиню теп-пе никакого ф-фреда… — поспешно заверила она меня. — Х-хотф-фа поклястьс-ся!

— Клянись! — решительно потребовал я.

Посмотри, что это за клятва, а там будем решать по обстоятельствам. Никакого согласия на подселение в свою душу очередного «пассажира», я пока благоразумно не давал. Но я держал в уме ту самую первую клятву абсолютного подчинения, которую принёс мне одноглазый братишка.

Ведь я тоже о ней ничего не знал, но как-то понял, что её нарушение обойдётся злыдню очень и очень дорого. Да его просто в мелкий порошок бы мгновенно стёрло, задумайся он хоть на секунду о её нарушении. Хотя, Лихорук — всего лишь злыдень, а она — целая богиня! Как там на них эти клятвы действуют? Может, имеется какая-то лазейка. Но терять мне было нечего.

И змеиха «запела». Я не мог разобрать отдельных слов, поскольку язык, на котором она произносила нараспев слова клятвы, не был даже языком. Это была какая-то упрощенная производная «первоначального Слова», языка творения, того самого первого: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог».

Именно с помощью этого языка и Огня Творения Создатель Всего Сущего и слепил наш мир. Изумительный и неповторимый! Пусть и слегка не совершенный, но кто может с точностью сказать, что это не входило в планы Творца? Ведь в идеальном мире не может быть развития. Зачем отрывать задницу от дивана, если всё и так хорошо?

Откуда я все это мог знать? Это поведала мне вдруг встрепенувшаяся где-то в глубине моей души сущность первого всадника. Ведь он сам был создан при помощи божественной силы, и понимал, о чём вообще идёт речь. А вместе с ним понимал всё это и я. Да, такую клятву невозможно нарушить. А, если вдруг такое произойдёт — вечность в аду покажется тебе раем, по сравнению с тем, какая последует кара за это преступление…

На последней «ноте» меня обдало ослепительным сиянием, как будто на меня с небес снизошёл Дух Святой. И так мне стало хорошо и спокойно, как никогда в жизни не было. И вместе с тем, я четко понял, что клятва принесена, принята и за ней будет незримо наблюдать какая-то Сила, чтобы мгновенно покарать клятвопреступника.

— Ну, ш-што, ты удоф-флетф-форён, тоф-фариш-ш Ш-шума? — поинтересовалась у меня Морана, когда божественное сияние рассеялось.

— Вполне! — серьёзно ответил я. — Можешь приступать…

[1] Оригинальная цитата звучит так: «А зачем нам кузнец? Не, нам кузнец не нужен!»