Но мне удалось его уговорить, заверив, что Том принесёт мне личную магическую клятву, основные принципы которой мы обсудили на самом высоком уровне. С подключением к работе самого Иосифа Виссарионовича. Опасения, что заокеанский ведьмак клятву проигнорирует, не оправдались — Том просто рвался побывать в доисторическом могильнике, своими глазами увидеть застывшую во вневременном коконе богиню Морану и попутно изучить «новые» и совершенно незнакомые ему конструкты, до сих продолжающие удерживать древнее хтоническое существо.

В итоге именно он возглавил исследование древнего кургана, поскольку других «специалистов» кроме него и, собственно, меня у СССР не было. Да, его назначение прошло только под мою полную ответственность. Но я знал — клятва верности (и не только она — после битвы в Берлине нас уже связывало нечто большее) не позволит ему совершить подлое предательство, поэтому был совершенно спокоен на этот счет.

Однако, именно этот момент не позволил ему отправиться со мной за линию фронта, но я спокойно справлюсь и без него. Отказался я так же и от матёрых бойцов-диверсантов, которых мне попытался навязать Судоплатов — мне и одного деда за глаза хватало. Возись ещё с ними!

Хотя опыт у моего старикана в подобных силовых операциях — будь здоров, и к тому же он одарённый, умеющий вытягивать жизненную силу из врага. Это тоже можно использовать нам на благо, но… Скажу честно — меня этот момент очень сильно так напрягал: слишком уж его пополнение резерва на упырячью кормёжку смахивало. А вот его источник никак не входил в «нормальный» режим функционирования, просто не желал перерабатывать силу из эфира.

Сразу после возвращения из «командировки» за линию фронта я планировал вплотную заняться этим весьма насущным вопросом. У Бажена Вячеславовича, к слову, наблюдалась схожая проблема — его источник точно так же не работал. Возможно проблема здесь либо в способе производства новых ведьмаков — чудо-машине Трефилова, с помощью которой у них и появился дар, либо в принудительной «прививке» моих товарищей тем самым пресловутым препаратом Левина — «искрой». Правда, прием этого проклятого зелья спас деду жизнь… Но какая за это последует расплата? Я даже не мог пока предположить…

На этот раз я отправлялся в опасное путешествие и без своего верного одноглазого братишки, которого оставил наблюдать за его же собственной мамашей. Мало что там пообещал Смерть, злыдню я доверяю куда больше. Ну, и за Бомбадилом пусть тоже приглядывает одним глазком… Наконец, к концу второй недели бешеная «курганная суета» немного улеглась, позволив мне заняться подготовкой эвакуации моей семьи в столицу.