К сожалению, оказать существенную помощь бьющимся в окружении солдатам просто не могли. Начали забирать раненых, привозить боезапас, но это было возможно только ночью. По сути, группировка была обречена, но требовалось хоть как-то поднять боевой дух солдат. Были идиоты, которые захотели ударить на этот плацдарм, чтобы попытаться помочь окруженцам, но это было откровенным самоубийством. Войскам требовалось сдерживать немцев и не дать им подойти к Москве, чтобы в столице приготовились в обороне. В общем, по ночам летали самолёты и вывозили раненых, днём этого делать не могли, слишком большие потери понесла авиация в первые дни войны.

На этом новости не прекратились, только теперь шум подняли врачи. Они заметили, что некоторые больные, которых привезли из немецкого тыла, больно быстро идут на поправку и все как один утверждали, что их лечил какой-то колдун. В колдовство врачи не поверили и пообещали дойти до командования, если не выяснят, какое лекарство при этом использовали, чем обрабатывали раны и каким образом достигается такой потрясающий эффект. Пришлось пойти навстречу докторам, только выяснить толком ничего не успели, сборная группа советских войск была уничтожена, а потом начались тяжёлые бои. Правда, вскоре снова начали поступать новости из немецкого тыла, и они радовали, туда даже отправили группу разведчиков, чтобы помогли выбраться необычному человеку к своим.

* * *

Неделю мы отсиживались в лесу, от немцев пришлось побегать, на нас устроили несколько засад, но всё же смогли уйти, поиски нашей группы прекратили. За прошедшее время почти всех бойцов удалось поставить на ноги и начали думать, что делать дальше. Сотрудник ГУГБ вообще от меня перестал отходить, всё пытался выяснить пределы моих возможностей. Правда, давить не пытался, выяснял исподтишка, даже пытался расспросить моего охранника, только ничего от него не добился, Юра вообще никому не доверял и ни с кем обо мне не разговаривал. Он с радостью общался с Василисой, рассказывая ей разные истории из своей жизни, но делал это так, как будто пересказывал книгу, остальным из нашего отряда тоже было интересно слушать здоровяка. К нему вообще относились лучше, чем ко мне. Меня многие опасались, для окружающих я был непонятен, а этот здоровяк свой, хоть и говорил с акцентом, от которого, как мне кажется, он никогда не сможет избавиться, да и не пытался, нравилось ему людей веселить.

Командование снова перешло к Артёму, правда, на этот раз в этом нелёгком деле ему помогал Сергей, они планировали очередную атаку, для этого дела позвали меня. Когда я выслушал их план, то только покачал головой.