Ее последующие слова подтвердили мои мысли:

— Степан Сергеевич, товарищ майор, я попросила бы вас держать себя в руках.

Вот это сила, подумал я. Ох, какая женщина! Вот это экспрессия, вот это напор — каждая буква, что удар молота. Всё, женюсь, к черту все подробности, сегодня же.

Чудесным образом на столе нарисовалась большая тарелка наваристой, парящей каши, активно сдобренной мясными волокнами. А к свежим кусочкам хлеба прилагались два стакана чая. Два, подумать только!

Мельтешащая вокруг Наташка ничуть не мешала забрасывать чудесный завтрак в ротовую полость. И даже сдувающийся товарищ майор радовал глаз.

Допивая второй стакан чая, я оценил их тактичность, давшую мне спокойно насладиться едой. Они сами о чем-то тихо шептались, спокойно, как ни в чем не бывало. Поблагодарив свою притихшую кормилицу кивком головы и широкой улыбкой, простил им всё — всем и сразу. К тому же они пришли к какому-то соглашению, в чем я вскоре и убедился.

— Ты покушал? — спросила у меня Ольга Сергеевна.

Активно замахав головой, собрался внимать. Этой женщине я готов был простить всееее…

— Хорошо, теперь соберись и расскажи нам все. Очень подробно, и с того момента, как ушла массажистка.

Окунувшись в недавние воспоминания, пересказал им свое видение, мысли и к какому первичному выводу пришел. А вот как и почему упал, не сказал и не скажу — свою кормилицу я сдавать не собирался.

К окончанию моего рассказа Степан Сергеевич сидел в крайней задумчивости. Но все же, подняв глаза, он заговорил:

— Первый удар молнии я списал на твоё везенье, что, впрочем, и имело место. Когда ты пережил второй небесный приход в свое тело, тоже иначе чем чудом не назовешь. А уж твой последний фортель выходит за все известные нам рамки разумного. Мало того что выжил, так ещё и…

Махнув рукой, он закончил:

— Но это Пандора, и мы уже устали удивляться, так что будем с этим работать.

Ольга Сергеевна, Аркадий Иванович, я ненадолго отлучусь, а вы введите отрока в курс дела, в пределах допустимого, конечно.

Встав из-за стола, он нас покинул — мне даже задышалось легче, притом реально полегче, а он ведь не Сверх. На меня смотрел Аркадий Иванович, который до сих пор не произнес ни слова. Вот его послушать будет интересно, и он начал:

— Когда первые колонисты ступили на Пандору, первыми, кто их встретил, были именно «ЭВы». Они не проявляли никакой агрессии и воспринимались как красочное дополнение к местной экзотике.

Они не шли на прямой контакт, а попытки многих ученых изучить их получше ни к чему не приводили — «ЭВы» просто этого не позволяли. Местные земли сразу забросали нас проблемами куда серьезнее, и о них как-то забыли, но ровно до того момента, пока у поселенцев не начали рождаться дети.