— Тут уж кому какая судьбина дадена, — сказал Магистр и поморщился. Автопереводчик периодически подглючивал и выдавал такие перлы. Сказывалось отсутствие порядка в уже сформировавшемся инфополе планеты.

Настоятельница женского монастыря Агафья Павловна оказалась шустрой старушкой, возраст которой можно было с равным успехом определить и как семьдесят лет, и как двести. Достигнув определенного предела, такие старушки перестают меняться, лишь со временем усыхая в размерах, но поскольку первоначальный ее размер был Магистру неизвестен, определить точные цифры он не мог.

— Доброго дня, брат Виталий. И вам, мил человек, — сказала она. — Лицо ваше кажется мне знакомым. Мы встречались?

— Не знаю, — сказал Магистр.

— Отойдем в сторонку, подальше от любопытных ушей, — предложил брат Виталий.

— У меня от сестер секретов нет.

— У меня есть, — сказал брат Виталий.

Магистр ожидал, что их пригласят внутрь, может быть, даже в личную келью Агафьи Павловны, но они всего лишь отошли на несколько десятков метров в сторону от занятых сельскохозяйственными работами монашек.

— Это Андрей Пламенев, — сказал брат Виталий, убедившись, что их никто не подслушивает.

— Ой, точно, — всплеснула руками Агафья Павловна. — То-то я думаю, лицо мне его знакомо, а он просто на Катьку похож.

— Кстати, о Катерине, — сказал брат Виталий, которому Магистр предоставил право вести переговоры с настоятельницей. Все-таки оба служители церкви и им проще найти общий язык. — Мы за ней.

— Неужто князь бумаги подписал?

— Нет, — сказал брат Виталий. — И есть достоверная информация, что больше он в своей жизни ничего и не подпишет.

— Дождались! — радостно воскликнула Агафья Павловна. Впрочем, она тут же взяла себя в руки. — Отмучился, значит, бедолага. И как это воспринял Кирилл?

— Примерно теми же словами, — сказал Магистр.

— Кирилл тоже мертв, — кратко изложил ситуацию брат Виталий.

— Как же так?

— Было восстание, — сказал брат Виталий, и настоятельница горестно всплеснула руками. — Власть в усадьбе теперь принадлежит народу, представителями которого мы являемся. Так мы Катерину заберем?

— С радостью бы передала ее вам прямо из рук в руки, вот только опоздали вы чуть ли не на неделю, — сказала Агафья Павловна, и отразившееся на ее лице сожаление показалось Магистру вполне искренним.

— Кто?

— Слуги княжеские.

— Ты не спрашивала, куда они ее повезут?

— Спрашивала, как не спросить. Сказали, в Москву, замуж ее там выдавать будут.

— За кого?

— Об этом тоже спрашивала, но они мне не доложили.

— С вашего позволения, мы отойдем на минутку, — сказал Магистр.