— Ну же, красавица. Не стоит лить слез.

— Не пущу! — вцепилась она, словно клещ. — Дядюшка Ву, я тоже хочу быть хранительницей!

— Девочки не могут быть хранительницами, малышка. Зато могут стать проводниками духов. Когда придет время, ты сможешь пройти свое Испытание. А теперь отпусти меня, у дядюшки Ву есть важные дела.

Девочка послушалась, но снова заплакала, расстроенная тем, что приходится расставаться с кумиром.

— Смотри — птичка, — сказал я, поддавшись наитию.

Гисс тут же смоделировала голографическое изображение феникса у меня на ладони. Хранитель и девчонка синхронно повернулись: первый глядя на меня озадаченно, вторая удивленно, но обнаружив в моей руке яркого пылающего огнем птенца, засмеялась. Не один хранитель умеет показывать фокусы!

Махнул рукой, и птица, рассыпавшись гроздью звезд, исчезла, а в руке у меня осталась карточка — прямоугольник с половину ладони шириной. На ней было запечатлено изображение: хохочущая малышка и суровый воин. Вручив картинку девочке, я заслужил одобрительный взгляд Ву. А малявка, забыв о нем, визжала от восторга.

— Покажи! — попытался выхватить карточку один из мальчиков.

— Не трожь — это дар для Лики, — преградил тому дорогу чёрным мечом будущий ученик Ву.

— Я только гляну!

— Глянуть можешь и издалека, нечего руками грязными хватать!

— У неё они тоже грязные!

— Это её дар. Пусть делает с ним что хочет…

Голоса отдалялись — мы снова шли по улице.

— Вас тут обожают, — заметил я.

— Последствия давней войны. Нас чтят как героев. А мы всего лишь пытались выжить… — голос мужчины был слегка раздраженным.

Продолжать этот разговор он не стал — молчал до самого дворца… Или что у них это было — красная угловатая крыша на азиатский манер, того же цвета рамы в круглых окнах, белые стены, украшенные простенькими узорами, ворота и пара стражников с катанами.

Здесь нас тоже не остановили, но и такого подобострастия, как это было на улицах, к Ву не проявили — кивок в знак приветствия. Меня проводили в зал, где на драпированных тканью красных стенах были нарисованы образы множества людей. Различны были фон, позы, пол и даже раса, но объединяла их одна общая черта. Деревянная лакированная тиара на голове.

Символ власти, не иначе. Такая же, а вероятней всего, та же, была на голове сидевшего в дальнем конце комнаты в позе лотоса старика. Рядом низенький столик с пиалой, наполненной ароматным отваром. Запах ощущался даже отсюда. Одет он был в красную с белым тунику, борода коротко стрижена, а из-под строгих бровей виднелся «острый» взгляд…

— Меня зовут Дин Хо, — первым заговорил он, как только мы подошли к нему достаточно близко. — Я старейшина Скрытого Народа. Однако мне будет приятнее, если ты будешь обращаться ко мне «мастер Хо». Вайп, я полагаю? Приходите, присаживайтесь, Ву сказал, что вы лидер пришедших в наш мир путников.