— Меня сильно смущает эта изменённая ДНК. Это у него как-то проявляется?

— Никак. Обычный парень. Усиленная клеточная регенерация и всё. Возможно, в будущем что-то изменится, как пишут в отчёте наши специалисты.

— Сложный случай. Эти ученые ещё…

— Что они хотят?

— Они требуют парня для изучения.

— Им что, мало полученных данных?

— Говорят, мало.

— Я бы послал их подальше и закрыл дело, но ты начальник и тебе виднее.

— Выговор получишь.

— За что выговор-то?

— За то, что с разведкой издевались над учёными. А лично ты зверствовал над ними, с их слов.

— Тогда мне только половинку выговора.

— Оба получите по выговору.

— Ну вот, а я думал, наградят. Следующий раз всё уничтожу до их прилёта.

— Не пей много и не исчезай из вида. Ты мне можешь понадобиться.

— Слушаюсь и обязуюсь алкоголь употреблять согласно нормативу.

— Свободен.

— Филонщик. Мне бы кто вот так дал неделю отдохнуть, — услышал капитан, уже почти выйдя из кабинета.

Капитан вышел из кабинета, а навстречу ему попался молодой лейтенант.

«Следующий под раздачу», — подумал капитан, когда лейтенант занял его место.

— Как дела, лейтенант? Как твои подопечные? Рассказывай.

— Нормально, постепенно приходят в себя после разморозки.

— Что за драки между ними были?

— Они из разных речевых групп и распределились по этому принципу. Вначале было всё спокойно, но неожиданно между ними вспыхнула драка.

— Что не поделили?

— Как я понял, женщину.

— Ты с ними общался? Они по-нашему понимают?

— По-нашему не понимают, общаются только с помощью универсального переводчика.

— А вторая речевая группа?

— Точно такие же.

— Что медики говорят?

— Обычные дикие. Данные у них совсем не выдающиеся.

— Агрессивны?

— Только несколько из них проявляли агрессию. Остальные охотно шли на контакт.

— Знаешь, я подумал и решил перевести их в спальню миграционного центра. Там сейчас только двое подростков размещены. Распорядись в миграционном центре, чтобы никого больше не подселяли к ним.

— Боюсь, местные подростки могут пострадать. Эти совсем дикие.

— Ты тогда на что? Твоя задача — внимательно наблюдать за подростками и остальными. Потом доложишь, как и что там.

— Выпускать их можно на станцию? Обычно из спальни миграционного центра свободный выход.

— Подростков можно, а остальных по обстановке.

— Понял.

— Стандартный пакет гипнограмм: язык, содружество будем устанавливать диким? Медики спрашивают.

— Подожди с этим. Установим, но позже.

— Как скажете.

Фил Торедо долго заполнял данные вместе с работницей миграционного центра. Он взял себе имя одного из погибших на станции подростков — Ори Тадези. Парень родился в шахтёрской станции, там и погиб. Данных о его ДНК не было в общей базе. Зафиксирован был только факт рождения. Ори было, как и ему, пятнадцать. Работнице миграционного центра он наплёл историю о том, что случайно спасся на станции, а потом друг отца на попутном транспортнике отправил его на эту станцию. Сотрудница внесла данные о нём и его отпечатках в базу и сказала ждать. Он вернулся обратно, где сидел раньше, и посмотрел на подростка, сидевшего рядом. Тот по-прежнему смотрел в одну точку на полу и думал о чём-то своём.