— Остановитесь! — снова закричала я, и на этот раз мой голос сорвался на визг. — Пожалуйста! Прекратите!
Но они не слышали меня. Или не хотели слышать. Они были как дикие звери, ослепленные яростью.
Я не знала, что делать. Я не знала, как их остановить. Я просто стояла и смотрела, как трое мужчин, которых я… которых я, кажется, любила, избивают друг друга. И я не могла ничего сделать.
Я чувствовала себя беспомощной. И это было самое страшное чувство в моей жизни.
Они были, как дерущиеся коты сейчас. Только огромные… А потом что-то щелкнуло в моей голове. Я вспомнила, как однажды соседка окатила водой котов, которые дрались у нас во дворе и те сразу разбежались в разные стороны. А мне бы тоже сейчас парней водой облить. Только где её взять? Из бассейна ладошкой зачерпнуть, но я сомневаюсь, что это количество воды хоть как-то их остановит. Мозг мгновенно заработал с удвоенной силой. Как-то утром я видела, как приходящий садовник поливал растения из длинного зеленого шланга, который был подключен к крану у стены дома. Шланг! Если я включу воду, я смогу их разнять!
Я рванула к стене, где висел аккуратно свернутый шланг. Руки тряслись, и я никак не могла найти кран. Где же он? Ах, вот! Я повернула вентиль до упора, и вода с громким шипением понеслась по шлангу. Я схватила наконечник и, не разбирая дороги, побежала обратно к дерущимся.
— А ну, хватит! — заорала я и направила струю холодной воды прямо на них.
Ледяная вода ударила Макса в спину, и он взвыл от неожиданности, отпуская Лавра. Лавр, воспользовавшись моментом, попытался встать, но я перевела струю на него, и он, поскользнувшись, снова упал. Шмель, который пытался их разнять, тоже получил свою порцию, и теперь все трое барахтались на мокром полу, отплевываясь и ругаясь.
— Вы! — кричала я, не переставая поливать их водой. — Что вы себе позволяете! Вы как дети малые! Совсем с ума по сходили? Вы же друзья! Как так можно? Вы должны горой друг за друга стоять, а не вот это вот всё!
Вода заливала террасу, стекала по стенам, но я не останавливалась. Ярость, которая копилась во мне все эти дни — на подруг, на несправедливость, на свою собственную беспомощность, — наконец нашла выход.
— Да остановите ее кто-нибудь! — заорал Макс, пытаясь закрыться руками от холодных струй.
А вода реально была ледяной, даже у меня руки замерзли держать наконечник.
— Я тебе остановлю! — крикнула я, направляя струю ему прямо в лицо. — Ты! Ты меня увез, не спросив! Ты меня в это втянул! А теперь ты дерешься с ним! А ты! — я перевела шланг на Лавра. — Ты вообще меня послал! «Не лезь не в свое дело»! А сам дерешься как последний уличный хулиган! А ты! — я полила Шмеля, который уже сидел на полу, смиренно принимая свою участь. — Ты вообще должен был их разнять, а не в драку лезть!