Он жалобно смотрел, когда я закрывал дверь. Словно я щенка в машине оставил, а не опасного монстра.

Как и ожидалось, мне без лишних вопросов принесли целую тарелку говяжьей вырезки. Я сходил к машине и положил угощение рядом с мальком. Из закрытого окна наблюдал, как его пасть расширилась, и всё мясо поглотилось за один присест. После чего малёк просто улегся спать.

Интуиция подсказывала, что не стоит ждать подвоха. Из машины он выбраться не сможет, поэтому я пошел в дом.

На ужине Евгений снова напился и начал рассказывать истории из прошлого. Я почти не слушал. И сразу после приёма пищи отправился спать, чтобы ранним утром выдвинуться обратно к Смоленску.

Проснулся в семь утра. Слуга передал от моего брата небольшую сумку с наличностью, откуда я взял пять тысяч рублей, а затем вверил на хранение Ивану Фёдоровичу. Мы тепло попрощались с сестрой и договорились переписываться по защищённой сети.

Когда открыл дверь машины, регат выпрыгнул наружу и скрылся в кустах. Так быстро, что мы и понять ничего не успели.

— Вот, стоило ему поесть, как проснулась сущность монстра, — начал причитать Иван Фёдорович.

Но закончил, когда из кустов раздалось мерное журчание. Через минуту регат подошёл обратно к машине и запрыгнул обратно на заднее сиденье.

— Удивительно, — произнёс куратор с выпученными глазами.

— Да, ему с нами понравилось, — ответил я, поднимая малька на руках, чтобы самому сесть в машину.

— Больше поражает, что он стал терпеть, а не наделал делов в машине, — прокомментировал куратор, присаживаясь на своё место.

Обратно мы доехали без происшествий. Малёк не отходил от меня и периодически пытался играть со мной. Он ловил болтающиеся завязки от толстовки, что была на мне. А ещё мы выяснили, что ему не нравится рэп-музыка. Даже провели эксперимент. Стоило включить такую музыку, как малёк начинал рычать. Переключали на рок или попсу, то сразу успокаивался.

Перед приездом в училище, Иван Фёдорович заранее попросил генерала выйти из КПП на улицу и встретить нас, но благоразумно не стал называть причину. Поэтому за пять минут куратор снова позвонил и сообщил, что мы подъезжаем.

Когда машина остановилась у училища, я увидел через стекло Льва Борисовича. И вид у него был уж очень недовольный.

Я завернул малька в свою куртку и вышел к нему. Куратор последовал за мной, но в роли наблюдателя. Было видно, что он не собирается заступаться за малька.

— Здравствуйте, Лев Борисович.

— Здравствуйте, Алексей. Если честно, то вы первый кадет, от которого у меня столько головной боли. Вы не представляете, чего мне стоило отвадить ваших родствен… А это у вас что шевелится в руках?