— Если это журналисты, то нас нет дома! — бросила мать вслед чопорному мужчине.

— Как скажете, — деланно вежливо ответил он и вышел за дверь.

— Тебе ещё князь Голицын звонил. Сказал, что на мобильный ты не отвечаешь, а дело у него срочное, — вспомнила мать.

— Хорошо, сейчас перезвоню. Дашь свой телефон? В моём смартфоне магия исчезла, надо в ремонт сдать.

— Как такое возможно? Он же сделан лучшими артефакторами, чтобы невозможно было уничтожить.

В ответ я лишь пожал плечами, и мать протянула мне свой смартфон. Такой же, как у меня. Мать записывала всех по имени и фамилии, поэтому я быстро нашёл Голицына в списке контактов.

— Здравствуйте, это Алексей. Мой телефон будет ещё недоступен некоторое время, — ответил я на приветствие князя.

— Алексей, рад, что с вами всё в порядке. Это ваш регат над городом летал? Вы подняли шумиху.

По голосу было слышно — князь не сомневается, что говорят именно о Зубастике.

— Да, мой. Но вы и так это знаете, — ответил я в трубку.

— Ох, будьте осторожны. Всё происходит гораздо быстрее, чем мы планировали. На вас могут обратить внимание до нужного момента.

— Я осторожен, насколько это возможно. Но вы же не из-за переживаний о моей судьбе аж до матери моей дозвонились.

— Верно. Нам нужно поговорить наедине. Это крайне важно. Приходите сегодня в полночь к Переулку Строителей, Тринадцать, там один из входов в моё подземелье.

— Хорошо, буду.

Сбросив звонок, я передал оба телефона матери. Мой она пошла относить семейному артефактору. Да, оказывается, у нас и такой есть. Поместье огромное, и здесь работают сотни слуг рода.

К этому времени вернулся дворецкий.

— Князь, приходил посланник от императора, — сообщил он, держа в руках конверт.

— Давайте сюда.

— Послание для вашей сестры, князь. На нём имперская магическая печать, и только Светлана Дмитриевна сможет открыть.

— Тогда позовите Свету.

Дворецкий кивнул и отправился на поиски сестры. Он привёл её через пять минут и при мне передал ей конверт от императора.

— Ох, надеюсь, там не проклятье, — вздохнула Света и открыла послание от императора.

Дворецкий отошёл, а мы стали читать письмо, написанное каллиграфическим почерком.

И с каждым прочитанным словом злость во мне нарастала… Да как он вообще посмел прислать подобное предложение!

— Лёш, и как ему отказать? — дрожащим голосом спросила Света. — Он же убьёт меня в первую брачную ночь. Такое уже случалось… А если не соглашусь по своей воле, то он заберёт меня согласно законам, что сам же и написал. Нет… Не хочу!

Конверт выпал из дрожащих рук сестры. Она сама едва не упала, но я вовремя подхватил.