Причём слово «дружина» было именно близкое по смыслу, поскольку аналога мой мозг подобрать не смог. А на языке аборигенов это звучало, как «оббет».

Странный язык, в котором совсем не было мягких согласных. Грубый. Но сейчас мне было всё равно. Эти чёртовы дикари продали мою жену!

— Мертвы все…

И тут Нак сам побледнел и, наконец, поднял на меня взгляд.

— Поможешь вернуть девушку и всех, кто был с ней, тогда останешься в живых, — категорично озвучил я условия.

Ещё церемониться с ними не хватало.

— Всех убил? — тихо спросил Нак у вождя.

— Всех… один я чудом выжил.

— Хорошо. Ради своей деревни я помогу, — поклонился мне Нак.

Только вот в этом аборигене я не видел ни капли страха. Ещё не факт, что он не приставит мне какой-нибудь магический нож к горлу на первой стоянке.

— Идём, — позвал я его за собой.

По виду этой лачуги и так было понятно, что собирать здесь нечего.

И Нак спокойно прошёл за мной. Правда, и Бах не отставал. Я шёл впереди, но оставался напряжённым, готовым к очередному сюрпризу. Вдруг этот Нак окажется лучшим магом в деревне и пульнёт в меня чем-нибудь, только мы отойдём от домов.

Но этого не случилось.

Своих людей я нашёл стоящими у внедорожников. На них были порезы и ссадины. И сейчас каждый держал наготове заклинание.

— Отставить! — громко велел я на русском.

И ребята опустили руки.

Я вернул Серёге ноутбук, чтобы не мешался. Но радости в его глазах не увидел.

— Что случилось, пока меня не было? — спросил я у него.

— Эти уроды на нас напали, — сбивчиво ответил он. — Чуть не прикончили нас всех.

— Лёх, — позвал меня Костя, стоящий у открытой двери моего автомобиля.

Здесь не было только Павла Бортникова, значит, он ранен. Я поспешил к нему. И ужаснулся, увидев его раны…

Мужчина лежал на заднем сиденье, на подстилке, с которой уже капала кровь. Грудь едва вздымалась. Магический топор отрезал парню руку и сильно повредил спину. Целителя у нас не было, а обычная аптечка тут не поможет… Ему не выжить.

— Импе… — он попытался что-то сказать.

— Ты многое для нас сделал, спасибо, — у меня едва получалось говорить ровно.

— Мы вкололи ему морфий, — сообщил Илюха. — Больше ничего сделать не можем.

Я лишь кивнул.

— Моя се…семь… — продолжил Бортников.

— Я позабочусь о них. Обещаю.

Видимо, мужчина держался только для того, чтобы задать этот вопрос…

Он слегка кивнул, а губы растянулись в лёгкой улыбке. Павел закрыл глаза, и его грудь перестала подниматься.

И пусть я узнал имя этого человека только вчера… но он был из моих людей!

Я подошёл к аборигенам, уже не скрывая злости. Сжал кулаки до боли, и уже на автомате стал усиливать свой источник магией извне. Нити, соединяющие меня с теми, с кем я делился даром, никуда не делись. Наоборот… В мире с повышенным магическим фоном было гораздо проще черпать энергию.