Грохот за спиной подтвердил, что в режиме спешки Смотритель не удосужился проверить, что к чему. Это купило нам добрые полминуты передышки — не самое долгое, но лучшее время, которое сейчас можно было себе позволить.
— Он явно вошёл в аварийный режим! Бросил все доступные ресурсы на скорость и агрессию, после чего — хоть потоп!
— А нам-то что теперь делать⁈ — взвыла Вель.
— Выжить!
Про это не было никаких намёков на диагностическом терминале, это нельзя было определить, исследуя отключенную версию. Подробная техническая документация Смотрителя сгинула вместе с его техниками, а косвенного изучения оказалось недостаточно. К тому же, я не исключал, что версия SM-79 для верхнего яруса, активная на протяжении многих десятков лет, постепенно модифицировала свою программу под актуальные нужды. Изначально эти стальные чудовища и вовсе не могли никого убить — лишь обездвижить для дальнейшей эвакуации. Это было буквально прописано в их главной функции, даже в названии. Но когда робот с задатками к самообучению остаётся главным и единственным сторожем верхнего этажа карантинной зоны, он неизбежно учится… новому.
Учится избавляться даже от самых хитроумных и сильных среди желающих выбраться из Могильника.
Я домчался до галереи как раз, когда грохот сзади повторился — но означающий уже то, что преследователь справился с нехитрой преградой. С этого момента гонку можно считать проигранной — я не сбегу от этой твари, пусть и лишившейся двух ног из шести.
Но он не сможет поддерживать такой темп бесконечно, не сможет дажедолго . Часть энергии неизбежно будет утекать из-за повреждений, часть — прогорать впустую. Сейчас Смотритель двигался и атаковал втрое быстрее обычного, рассчитывая в кратчайшие сроки избавиться от назойливой угрозы и отправиться на ремонт. Нельзя было ему это позволить.
— Зар, измотаешь его?
— Сделаю, что смогу.
— Вручаю тебе свою судьбу, Зартариэль! Даруй мне свою силу!
— Да будет так.
Давно не было подобного боя —настоящего боя. Мёртвые минотавры, да и живые тоже, не представляли серьёзной угрозы. Ушли времена, когда на полях сражений сталкивались бесчисленные армии под знамёнами тьмы и света, добра и зла. Когда ставки были высоки, когда казалось, что от исполнения Великой цели нас отделяет одна-единственная победа. Бессмертные подвиги, могущественные враги — все они остались в далёком прошлом. Задолго до конца света, задолго до падения благословенного Аэлара и его Семи Небес.
Если не считать последней битвы, в которой и настала моя — его — Зартариэля — смерть.
Но вспоминать об этом ныне не время и не место — ибо сей бой лишь предстояло выиграть, или хотя бы свести в ничью. Сильный враг, опасный враг. Противостояние, о котором не стыдно сложить песнь — жаль, что продлится оно лишь несколько очень коротких минут.