— Очень хорошо, — с облегчением выдохнул маг, когда убедился, что я в порядке. — А теперь брысь отсюда, пока он в себя не пришел.
— Сомневаюсь, что ему удастся это сделать, — пробормотала я, поднимаясь на ноги и все так же боком отходя поближе к друзьям. — Даже оборотню непросто выжить с такими ранами.
— Это не оборотень, эрта, — странным голосом произнес Ларун. — Это — мрон[3]. Такие, как он, от простых ран не умирают.
[1] Разновидность упырей. Настигая жертву, высасывают из нее кровь и жизненные силы. Не обладают разумом. Становятся крайне опасными, когда собираются в стаи.
[2] Чрезвычайно редкий и дорогой артефакт, способный преобразовывать энергию стихий в другие виды магии.
[3] В переводе с имперского — «зверь».
Глава 15
Конечно же, никуда мы отсюда не ушли — как только эмоции улеглись, Ларун спохватился и велел Нику спалить к Саановой матери валяющихся поблизости упырей. Ланку он отправил обыскать поле и обозначить колышками те места, где потихоньку тлели останки скелетов. А меня отозвал в сторону и ровным, сухим, абсолютно бесстрастным голосом ТАК отчитал, что я чуть со стыда не сгорела, пока выслушивала сыплющиеся на мою голову эпитеты.
Оказывается, я и безответственная, и безрассудная, и недальновидная… Одних только прилагательных Ларун придумал для меня больше десятка! А когда он начал по пунктам зачитывать правила поведения на поле боя и перечислять последствия, которые могли бы произойти из-за того, что бросила остальных… Богини, я уже не знала, куда деваться! Наверное, если бы не эрта Далия и два ее личных ученика, подоспевшие к месту схватки, вообще бы провалилась под землю. Но, на мое счастье, целители заставили Ларуна отвлечься, и дальше ему стало не до меня. Ну а пока он разъяснял ситуацию, я бочком-бочком отошла в сторонку и, глядя на то, как суетится вокруг умирающего госпожа Далия, постаралась припомнить, что мне вообще известно о мронах.
Собственно, сами они себя называли морронами или моррами, однако в разное время и в разных местах к ним обращались по-разному. Мрон, мран, мраун… и еще почти с десяток названий, среди которых, как мне кажется, не было ни одного правильного.
Еще я знала, что мроны — это одна из так называемых промежуточных рас, которых в нашем мире водилось немало. Как все «недооборотни», они обладали свойствами сразу обоих видов-предшественников — звериного и человеческого. Правда, в отличие от большинства им подобных, в их облике все же преобладали человеческие черты. То есть в целом они были очень похожи на нас. Облик менять не умели. От полнолуния не зависели. А от оборотней им достались лишь крепкое телосложение, цвет глаз и, прямо скажем, непростой характер.