— Возможно, вы правы, — задумчиво отозвалась я. — Когда я была маленькой, со мной такое случалось. Бабушка всегда меня учила сдерживать чувства, держать желания под контролем. Боялась, что я следом за мамой сорвусь в какую-нибудь авантюру и погибну. Помните, вы говорили о моем неслучившемся дедушке и его химере? Так вот Мурлыка многое мне дала. Мы жили душа в душу. И порой мне кажется, что мы понимали другу друга лучше, чем иные люди.

— Возможно, она и подготовила вас к тому, что случилось потом. Тогда, на испытании в Лабиринте, вы что-нибудь необычное почувствовали?

— Пожалуй, что нет. У меня даже страха смерти как такового не было.

— А как насчет этого? — оборотень обхватил мою левую ладонь пальцами и аккуратно приподнял руку, показывая обхватившее мой палец тонкое костяное колечко.

Я пожала плечами.

— Оно мне не мешает. Но к нему привязан Норр, поэтому мы договорились, что я его не сниму.

— Эй, темный… — вскинул вдруг голову мастер Миррт. — Ты здесь? Кольцо — то, о чем я думаю?

— Я понятия не имею, о чем ты думаешь, — хмыкнул над ухом незримо присутствующий рядом призрак. — Вернее, твоя магия закрывает от меня твои мысли, и даже кольцо тут не помощник.

— Какая магия? — встрепенулась я. — Химеры же ей не поддаются. По крайней мере, пока находятся в человеческой форме.

— Порой бывает так, что человек или предмет не подлежит магическому воздействию не потому, что нечувствителен к магии, а потому, что этой самой магией настолько перенасыщен, что она просто перестает на него действовать.

У меня аж дыхание перехватило от новой догадки.

— Барьер?!

— Да, — со смешком подтвердил Норр, ненадолго проступив в воздухе и тут же растаяв, как разогнанное сильным ветром облако. — Химеры не только были созданы с помощью магии, но и много тысячелетий живут возле перенасыщенного магией барьера. Они настолько привыкли к его воздействию, что почти его не чувствуют. Вот и магия кольца не подействовала. Кстати, Миррт, раз уж ты решил быть откровенным… расскажи, к чему еще приводит трансформация у химер.

Оборотень скосил глаза на заинтересованно приподнявшуюся кошку.

— Секрета тут никакого нет. Мы практически слились разумами. Примерно как вы с абсолютом. Все, что видит и слышит она, могу теперь без труда услышать и увидеть я. Злюка мне в этом больше не препятствует.

Я машинально погладила заурчавшую кошку.

— Значит, вам стало легче понимать друг друга?

— Мне даже говорить вслух больше не нужно, — признался мрон. — Мы общаемся мысленно и слышим не только мысли, но и эмоции.

— Мур-р, — хитро прищурилась Злюка и, извернувшись, подставила мне шейку почесать. А потом ушко. Лапку. И даже мохнатое пузико.