Лисичка боялась. Страшилась снова превратиться в беспомощное создание. Она понимала, что, если бы я ее не вытащил, с ней было бы уже покончено. Да и у меня вариантов было не дофига. Вернуться внутрь я не смогу — Лиса не полезет в ловушку, более того, станет обузой. Значит, пришло время для отступления. Или…

— А ты их можешь найти? Реликвии? Ты их чувствуешь? Найдем их, разломаем?..

— Нет! Мы должны бежать!

Чертова трусливая курица! И что мне делать? Бросать побратимов? Они бы меня не оставили, бились бы до конца!

«И погибли бы! Ты Стратег, а не Герой или Воин. Одна мощная техника не сделала тебя боевиком. Лиса права, нужно отступить!»

И как бы мерзко я себя по этому поводу ни чувствовал, пришлось согласиться с доводами рассудка и оборотня. Нужно было ехать за подмогой. Например, во дворец к здешнему хоу. Попросить у него солдат и вычистить особняк. Правда, время потеряем… Агрх! Куда ни кинь — всюду клин!

На перепалку мы потратили меньше минуты. Этого времени, однако, хватило тому неизвестному, что стоял за пропажей моих друзей, чтобы сделать следующий ход. И снова — по Лисе. Это же насколько меня игнорировать надо, чтобы бить только по ней!

Девушку согнуло, будто невидимый кулак ударил ей изо всех сил в живот. Она упала на пол, свернувшись в клубок и застонала так жалостно, что все сомнения, которые у меня еще были, улетучились в мгновение ока. Я подхватил ее на руки и рванул прочь от поместья, ставшего ловушкой. Не знаю, что это сейчас было, но лучше это обдумать, отойдя подальше от поместья. Может, артефакты расширили площадь действия, может, еще что?

«Надо было пользоваться предложением оборотня сразу, тогда бы я на ней ехал, а не она на мне! — подумал я. И вслед за этим сразу же. — Стоп, а ведь усадьбу мне не Чэн Шу, а местный хоу подарил. И у него тут внутри куча шпионов, которые могли узнать правду о моей спутнице. Тесть, точнее, его люди здесь, не успели бы такую операцию провернуть, а вот местный, обладающий почти неограниченными ресурсами владетель — вполне. Подготовился, расставил артефакты по периметру усадьбы, а когда решил, что готов, активировал их. Но это что же тогда получается? Он врал, когда говорил о неприязни к Хранителю Печати?»

Не то чтобы это такое неожиданное поведение для китайца в условиях гражданской войны, но — зачем? К чему эти сложности — мы и так у него в руках были? Он же сказал, что намерен сделать из меня наживку, а я с этим подходом согласился, потому как в человеческое бескорыстие верил слабо. А тут — мотив, достойный доверия! Получается, он так специально мою бдительность усыпил? Чтобы я не почувствовал подвоха?