Я аккуратно, прячась за вазой с десятком сухих стеблей, выглянул в коридор, оценивая плацдарм. Не, без вариантов — тридцать метров прямого, как копье, пространства, через которое невозможно пройти незамеченным. Только если по стропилам под потолком. Хм, почему нет? Лиса в звериной форме легко сможет пройти по не слишком широким бревнам.

Предложил ей. Она, в свою очередь, выглянула в коридор и покачала головой.

— Нет. Я буду как на ладони. Но я заметила рядом со стражниками у двери небольшое окно. Можно попытаться пройти по крыше, а туда влететь через окно. Небольшой шум будет, резную решетку придется разбить, но вряд ли кто-то, кроме слуг внутри покоев, услышит этот шум.

На том и порешили. Лиса вернулась назад, нашла выход на крышу и отправилась к исходной точке, а мы напряглись в ожидании ее сигнала, готовясь бежать и вязать очарованных воинов.

Предполагалось, что девушка запрыгнет в окно, снеся решетку, и включит свою аромо-магию. А как только стражники сомлеют, мы подоспеем и повяжем их всех. Поэтому я ждал какого-нибудь треска, но не того, что среди стоящих бойцов вдруг появится почти голая девица.

Справедливости ради нужно сказать, что одежда на ней все же была. Правда, такая — больше притягивающая взгляды, чем что-то скрывающая. Нечто вроде бежевого тюля от шеи до пят, но с таким количеством разрезов, что с тем же успехом можно было совсем не одеваться.

Зрелище было завораживающим даже на удалении в тридцать метров. А уж что испытали десяток молодых мужиков, когда среди них появилась эта прелестница, и говорить нечего. К тому же она не столбом стояла, а скользила между ними, касаясь то одного, то другого рукой, раздаривая улыбки и что-то каждому говоря.

В общем, стража была действительно выведена из строя, при том что оставалась на ногах. На топот трех человек ни один из воинов внимания не обратил, даря все свое внимание королеве красоты и эротики средневекового Китая. И мы этим сполна воспользовались.

Пока Ноу Ниу генерировала очарование среди личного состава охраны дворца, мы стали глушить бойцов по одному и аккуратно укладывать вдоль стен. Звучит по-дурацки, согласен, но на выбивших никто не смотрел — глазели только на стати юной девы. Даже последний стражник, получив по шлему рукоятью меча, рухнул, но остался лицом к Лисице.

А потом замерли и мои побратимы. Да и я сам, признаться, хоть и старался поменьше смотреть в сторону этого оружия массового поражения, нет-нет да и зависал с открытым ртом. Не то чтобы я испытывал вожделение, но и отрывать взгляд от смуглой бархатной кожи не хотелось. Точнее, не смотреть, а прикасаться к ней. Почувствовать нежный шелк…