Когда Эниремия вышла из ванной, я поднялся из кресла, в котором ждал её появления, и решительно направился к ней. Она наблюдала за моим приближением со смесью страха и горечи, и от этого моей душе становилось неимоверно больно.
Но не время сокрушаться. Время исправлять, что наворотил.
Осторожно взял её за руку, чуть сжал пальчики, давая возможность вырваться, но она не стала этого делать. Просто застыла передо мной, придерживая рукой полотенце, обмотанное вокруг обнажённого тела.
Я пытался поймать её взгляд, но она смотрела в сторону. Не желала меня видеть? Не удивительно.
— У меня к тебе предложение, — проговорил, водя большим пальцем по её запястью. — Давай начнём всё с начала.
— Зачем? — её голос звучал отстранённо.
Так, нужно было сказать иначе. Поразительно, с этой девушкой я совершаю ошибку за ошибкой. А ведь во всём остальном всегда умел легко и быстро принимать трезвые, верные решения.
— Тебе доставили платье. Оденься, пожалуйста, — сказал мягко. — Буду рад, если присоединишься ко мне за завтраком. Тогда и поговорим.
Она ничего не ответила. А как только я отпустил, направилась к кровати и молча принялась одеваться. Покорная. Тихая. Кроткая. Фальшивая.
Сама того не понимая, она наказывала меня всем этим. Я хотел видеть её настоящую, но сам всё испортил.
— Я возвращаю тебе твою клятву, — сказал, снова сев в кресло у стола. — Мне нужны твои «нет». Признаю, что перегнул палку. Мы оба виноваты, Рена. Ты разрушила доверие между нами, а я разметал его осколки. Прошу за это прощения.
Она снова промолчала, продолжая возиться с платьем. Пуговицы в нём располагались на спине, и застёгивать их самостоятельно было очень неудобно. Поднялся и поспешил ей помочь. Но стоило мне её коснуться, Рена вздрогнула.
— Я не хочу, чтобы ты меня трогал, — проговорила пустым тоном.
— Хорошо, — согласился, сжав пальцы в кулак и спрятав тот за спиной. — Не буду. Но ты моя хаити. Наши магии будут искать стабилизации друг в друге. И разорвать эту связь нельзя.
— Ты же говорил, что можно.
Она так и не повернулась, продолжая мучиться с пуговицами сама.
— Можно, но не сразу после подтверждения. Сейчас наши с тобой магические сущности слились, они только начали настраиваться друг на друга. В процесс категорически нельзя вмешиваться. Это займёт не меньше месяца.
— И что делать? — она обернулась, а в её глазах было безразличие и пустота.
Так дико захотелось обнять, привлечь к себе, успокоить. Но я помнил о её просьбе и остался на месте.
— Просто жить, — пожал плечами.
— И ты будешь каждый раз иметь меня вот так… — она запнулась, отвела взгляд. — А ведь говорил, что предпочитаешь видеть глаза той, которую берёшь. Или я теперь…