Всё. Моя выдержка снова дала сбой.

Я шагнул вперёд, сгрёб её в охапку и крепко обнял. Она застыла в этих объятиях, но вырваться даже не пыталась. Замерла, сжалась. Словно маленькая мышка в лапах большого голодного кота.

— Прости… — прошептал, касаясь губами её макушки. — Прости меня, Эниремия. Я был дико зол. Я не должен был вообще к тебе подходить в таком состоянии, но… ритуал следовало завершить. Потому что ничего этого бы не случилось, если бы я не проявил слабость, давая тебе время меня узнать. Боялся напугать, а в итоге всё вышло ещё хуже.

— Ты мог просто меня отпустить, — проговорила она, уткнувшись мне в плечо.

— Не мог. И не могу. Но сейчас речь о другом.

Замолчал. Мне так много хотелось ей сказать, но лучше не в этот раз. Позже. Когда обиды утихнут, а нервы успокоятся у нас обоих. И так уже… наговорили друг другу с три короба.

— Мы оба виноваты. Но мы оба поняли, в чём были не правы, и оба извинились, — продолжил я, чуть ослабив объятия. — Давай всё же застегну на тебе эти пуговицы. А потом весь день обещаю лишь целомудренно держать тебя за руку.

Она горько усмехнулась, но отказываться не стала. Это уже очень хороший знак. Просто замечательный.

Дабы закрепить результат, я осторожно погладил её по распущенным мокрым волосам, заодно высушивая их магией. Безумно хотелось усадить её к себе на колени и целовать, пока не оттает. Но с этим тоже лучше пока повременить.

— Что с Анхельмом? — проговорила Рена, всё же отодвигаясь от меня. Даже отошла на шаг, но в глаза смотрела уже без былой пустоты.

— Рану зашили, магические каналы восстановили. Сейчас лекарь погрузил его в целительный сон, — ответил, жестом приглашая её к столу. — Твой брат проспит несколько дней. А вот когда он проснётся, нас с ним ждёт очень содержательная беседа.

Эниремия присела в кресло, окинула многочисленные блюда настороженным взглядом и вдруг снова посмотрела мне в глаза.

— Ты позволишь мне с ним поговорить? — спросила она.

— Давай вернёмся к этому вопросу, когда он очнётся.

Соглашаться сразу не стал, но не потому, что собирался отказать, совсем наоборот. Я планировал пообщаться с Анхельмом именно в присутствии его сестры. Но в наших с ней сложных отношениях ей не помешает лишний стимул наладить со мной контакт.

Завтракали в тишине. Я несколько раз хотел завязать разговор, но Рена была настолько погружена в свои мысли, что решил её не отвлекать.

Мне тоже следовало о многом подумать.

Если честно, несмотря на подозрения… Да что говорить, несмотря на уверенность, что подобранная мной прислужница Рена и есть принцесса Вергонии, я всё равно не мог до конца осознать открывшуюся правду. Эниремия стала совсем другой, не такой, какой я её помнил. Да, черты лица были прежними, но вот остальное изменилось. В сидящей передо мной девушке удивительным образом смешались образы Мии и Рены. А я просто не мог отвести от неё взгляда.