— Вот мое слово, Дикий. За этот заказ ты заплатишь четырьмя вещами. Ты купишь для нас десять поросят, десять мешков муки и столько же сахара. Ты будешь убивать двойников, которые хотят внести смуту в наш мир. И последнее — ты подаришь ребенка моей внучке. Сильный ходок принесет в наш клан свою древнюю кровь, ты станешь всем Хорнам братом.

— Большая честь, — бросив взгляд на ошарашенную девчонку, которую под него только что подложили, произнес Вяземский. — Поросята, мука да сахар — это мелочь. Поохотится на двойников — тоже не сложно. Но вот ребенок для твоей внучки — это перебор. Ты прав, кровь у меня древняя, сильная, не знаю, как ты это понял, но попал в яблочко, — прокомментировал Радим, побарабанив пальцами по столу и взвешивая каждое слово, чтобы не нанести обиду клану, — и вот так запросто я ей делиться не намерен, хотя Лирея — девушка красивая. Я предлагаю заменить эту цену на нечто вещественное. Я поднял с главаря двойников меч с изрядной долей небесного железа. Чтобы ты, уважаемый Стреф, понимал, о чем идет речь… — Радим открыл сумку и выложил на середину стола замотанный в тряпку трофей.

Глава клана поднялся, все же стол был довольно приличным и, сидя, до середины было тяжело дотянуться. Подвинув сверток к себе, он размотал тряпицу.

— М-да, — мысленно произнес Радим, глядя, как лицо мужчины сводит судорога, дрожат губы, а на глаза наворачиваются слезы. Лирея же просто вскочила из-за стола и пулей вылетела из комнаты. — Вижу, это оружие вам прекрасно знакомо, — произнес он вслух.

Старик не обратил внимания на его слова, с нежностью провел рукой по клинку.

— Я сделал этот меч почти двадцать лет назад, — заговорил Редан, глядя на оружие. — Он принадлежал Гиору, отцу Лиреи, и старшему сыну Стрефа. Тот пропал в городе около года назад вместе с командой охотников за небесным металлом.

За столом повисла тягучая напряженная тишина. Радим смотрел на уставшего старика, который, шевеля губами, гладил зеленоватый клинок. Понятно, что меч придется отдать без какого-либо торга, если он, конечно, хочет и дальше сотрудничать с кланом Хорм, да и остальными, поскольку новость о ходоке, который поставил деньги выше чести, облетит все поселения местных, и даже враги Хорнов не подадут ему руки. Так что, интерес интересом, но лучше расстаться с такой добычей, а про медальон молчать, как бы боком не вышло, если выяснится, что он тоже принадлежал Гиору

Глава клана Хорн, наконец, пришел в себя и поднял глаза на Радима.

— Ты получишь маску, — произнес он дрогнувшим голосом. — Редан начнет работу над ней, когда будет все необходимое. Ведьмы, что ее зачаруют, твоя забота. Остальная плата, когда сможешь. С тебя двадцать больших правых пальцев двойников. А насчет внучки моей, подумай, не принуждаю, но девица она и вправду красивая. А теперь прости, ходок по прозвищу Дикий, мне нужно оплакать сына. До сегодняшнего дня я жил надеждой, но теперь ее нет. Он был воином, моим приемником, он не расстался бы с мечом, пока жив, а значит, его больше нет, иначе красноглазые давно бы пришли за выкупом.