— Хорошо. Где, во сколько?
— У нас сколько уроков? — обратился к княгине, отнеся немного от лица смартфон.
Учимся мы теперь с её дочерью в одном классе. У Фроси узнал.
— Шесть.
Не слабо так, сразу в первый день учёбы! Ладно, посчитаем. По часу каждый, столько же — большая перемена, двадцать минут — обычная. Нет, поздно уже будет, если после занятий, тем более ещё надо в центр аттестации.
— Давайте в обед, у меня в школе, — обратился опять в телефон.
— Хорошо, буду, — донеслось в ответ.
— Ти, у тебя как с языками? — обратился к ней, когда, наконец, распрощался со Шниперсоном и положил трубку.
— С какими?
Что за еврейский ответ!
— С японским, английским, ещё каким из европейских?
— Нормально. Испанский, португальский, немецкий в трёх версиях, итальянский, греческий, латынь. А, ещё австралийский диалект. Из китайских — у, сян, гань, хакка, юэ и минь, а также путунхуа. Вы его мандарин называете. Более мелкие не изучала.
Хм. Не слабо так. Учитывая её способности, не удивительно, тем более, принимая во внимание, из какой она семьи.
— А у тебя как с этим? — обратился уже к Игоревне.
— Да всё то же самое, кроме латыни. Ну и только мандарин. И то, с натяжкой.
А вот это был сюрпрайз! Куда я попал со своим немецким⁈
— Тебе-то зачем столько⁈ Ты же к военной карьере готовилась! — удивился факту её знаний вслух.
— Так как раз там и надо! Вот представьте, проводите вы экспресс-допрос пассатижами, а понять не можете, в чём же он там сознаётся! Непорядок! — выдала она в ответ.
Вот на кой это сказала⁈ И ведь на полном серьёзе! Только разворошила не мои воспоминания в голове!
— Да не бледнейте вы так! Пошутила я.
Ох, уж мне этот солдафонский юмор!
Глава 20
Царьград. Раннее утро. Императорский дворец.
Место это было особое. Император в хорошем расположении духа любил встречать здесь утро. Само здание доминировало над округой. Да и запрещено было возводить высокие строения, перекрывающие вид из этого кабинета. Собственно, вся восточная стена представляла собой одно окно. Огромное, даже эпическое. Четыре с половиной метра в высоту и шестнадцать в ширину. И не наборное, а из одного единственного стекла толщиной почти полметра. Ага. Создать такое было сложнее, чем совершить все подвиги Геракла, тем более в конце девятнадцатого века. Вот уже более столетия оно радует глаз владельцев помещения. Периодически его подновляют, но это всё то же произведение стекольных кудесников прошлого.
Сам кабинет из себя представлял огромное помещение, разбитое ухищрениями лучших дизайнеров нашего времени на функциональные зоны. Единственное, что оставалось неизменным с момента окончания реконструкции, это огромный, можно сказать монументальный, выполненный из цельного массива дуба стол, стоящий прямо по центру этого окна буквально в метре от стекла. Кресло было кожаное, массивное, без всяких лишних встроенных ерундовин типа электромассажора, изготовленное исключительно под одного владельца для достижения максимального персонального удобства.