Полагаю, у меня та еще рожа была в тот момент, когда я откинул люк в ангаре: мало того, что перекошенная от ярости, так еще и вся в потеках крови! Всего лишь из носа, конечно — но вылилось достаточно, чтобы перемазаться. А я в пылу сражения даже не заметил. Зато встретивший меня как представитель гонщика Джулиан, в другой раз явно не упустивший случая озвучить многочисленные претензии на не сыгравшую ставку, лишь похлопал меня по плечу и сказал что-то вроде «это было круто!» и «я бы сделал так же».
Побоище на анлиме не осталось без внимания и публики на трибунах. Настолько не осталось, что организаторы мероприятия, сначала явившиеся за неимоверно довольным пилотом «тринадцатого» для публичного награждения, через некоторое время приперлись звать и меня в студию ведущего трансляцию комментатора. Я как раз вышел от врача и пытался успокоится. Вотще: гнев лишь перешел из горячей фазы в холодное бешенство.
Потому предложение поговорить в микрофон я принял — а в студии во всеуслышание пригласил всех родственников, знакомых и прочих близких угробленных мною уродов не стесняться и вызывать меня на дуэль. Еще и максимально глумливо поплакался ведущему и победителю, что мол де трофеи мне не достались по правилам соревнований, а награды за второе место нет. А на дуэли имущество вполне законно меняет владельца. Вот только что-то никто не откликнулся, ни сразу, ни потом. Эх, а жаль…
«Шестерка» опять лишилась куска ливреи — в районе попадания на башне осталось здоровенное пятно, где краска то ли сгорела до металла, то ли её перед этим успело сорвать взрывной волной. Единственное повреждение, не считая очередных царапин на отвале: ковш, которым я отоварил первого нападавшего, вообще остался как новенький. В общем, ничего такого, словно я на выезд съездил, а не провел маленькую войну один против четверых. Ну ладно, трех-с-половиной — танкист из «Локхота» мне неплохо помог.
Как бы то ни было, трансляция все-таки закончилась, зрители по большей части наконец-таки разошлись, освободив трибуны (кто-то до сих пор зависал в спорт-баре), а я сам тоже вернулся к своему танку. Оставаться в ангаре, принадлежащему устроителю гонок, смысла мне не было никакого, хотя такая возможность входила в регламент мероприятия для участников. Гонщикам бесплатно разрешали пользоваться помещением и находящимися там инструментами вроде сварки еще месяц, потому как многие машины, поучаствовав в анлиме, просто не могли нормально двигаться своим ходом. Ну или как минимум требовали тщательного обслуживания перед этим. Но, понятное дело, не Сталь.