Глава 46 без правок
Видели, как в винтажных фильмах авантюристы, ищущие в джунглях сокровища, активируют ловушку и на них по желобу скатывается огромный каменный шар? Вот примерно как попытку остановить такую штуку голой рукой я могу описать то, что почувствовал. Против меня действовала не одна воля, внутри ядра бродяги оказались заперты сотни душ! А может и тысяч даже. Правда, неполноценных, забывших почти все, низведенных до уровня даже не животных, живущих одними эмоциями и инстинктами, а каких-то простейших!
Ни проблеска разума, ни даже агрессии, лишь что-то отдаленно напоминающее голод и прописанную необходимость контратаковать. Конечно, в этом «первичном бульоне» плавали навыки стрельбы, что-то про орудия, какие-то осколки других навыков и знаний. Кое-как работающих вместе только тогда, когда был внешний стимул, тут я угадал. Вот она, «вершина», так сказать, развития орудия Хель, не обретшего живого оператора и получившего самостоятельность. Максимум отожранности, прокачки, если хотите — и минимум инициатив.
Кажется, рейдеры, решившие захватить дармовой источник энергии не усыпляли бродягу, а просто приняли меры, чтобы он не почувствовал угрозы. А разбудили его как раз мы, расстреливая краулер и случайно пробившись к дремавшему в подвесах бродяге. Думаю, еще пара сотен лет, окончательная утрата принятой от когда-то живых людей памяти — и переродившийся металл с аномалией внутри вообще утратил бы остатки хоть какой-то воли, уже не реагируя вообще ни на что, хоть стреляй в него, хоть пили. Но нам не повезло встретиться раньше — и через мгновение со мной должно было случится кое-что похуже обычной смерти.
Этот огромный, воспринимаемый мною как катящийся шар величиной с дом конгломерат, жидкий и твердый одновременно, как сама Сталь, необратимо подминал меня под себя и должен был вот-вот раздавить — я просто не успевал разорвать связь. А потомвпитать все, что оставалось от моего разума — вот такие же бессмысленные обломки и отрывки, ну и, может быть, что-то условно-полезное. Умение раскладывать пасьянс-«косынку» на «винде», например.
Это состояние долго описывать, а вот по времени и половины секунды не прошло. Я чувствовал, как через второе слияние меня пытается вытащить Лина, странную завороженность Мари — но сделать ни они, по сути, ничего не могли: надо ведь физический контакт разрывать, а в реальном мире это так быстро не сделать. А здесь нам просто нечего было противопоставить такому противнику…
Я так думал. Никто не ожидал, в том числе и она сама, как мне кажется — но использовав меня как мост, дочь Сэмюэля вдруг сама метулась навстречу мутно-черной суперсфере! Будто сама стремясь размазаться о её поверхность… которая её неожиданно пропустила! И сама остановилась за миг до моего уничтожения.