— Дэн… А ты… — она замолчала, пытаясь подобрать слова, чтобы себя не выдать.

Дикая, совершенно нереальная, но так много объясняющая догадка возникла в голове, и Лана боялась ее спугнуть.

— Что я? — спросил Дэн, заинтересованно заглядывая ей в глаза.

— В детстве, когда ты рисовал мне астральную руну, она была рыжей. А теперь твой огонь золотой. Почему так?

— Из-за Лабиринта Смерти — он усилил мой огонь, пока я по нему блуждал.

«Лабиринт Смерти не каждого выпустит» — вспомнила Лана очередную подсказку от демона и вздрогнула. Лабиринт Смерти! Кажется, Дэн попал туда из-за нее и вполне мог там умереть. Пожалуй, это достойная причина ее ненавидеть.

— Не бойся, — Дэн понял ее по-своему и погладил по спине. — Я же оттуда вышел, чего теперь бояться?

Лана нехотя кивнула и уткнулась ему в плечо, чтобы он не считал ее эмоции. Потому что внутри у нее кипела буря из догадок, обрывочных воспоминаний и чужих намеков. Вот почему в ее видениях навязчиво появлялся Дэн! Дэн, который вернувшись из Лабиринта Смерти, предпочел ей Милу! Еще и эти его однодневные модели!.. От воспоминаний про Мари Олсон, хвастающуюся якобы обручальным кольцом, внутри все сжалось от ненависти, и Лана неожиданно для себя самой снова ударила Дэна.

— Я что-то не то сказал?

— Н-нет, я просто… Это воспоминание — оно такое яркое, как будто я только что пережила все это. Кажется, меня никогда так настойчиво не пытались убить, разве что маньяк… — От мыслей о маньяке пришли воспоминания о вчерашнем дне. — Сергей… Он жив?

Дэн удивленно посмотрел на нее, потом понял, о чем речь, и ответил:

— Да, Макс еще вчера отправил на кладбище чистильщиков. Маньяка, конечно же, и след простыл, но Сергей был жив. Воспоминание о столкновении ему стерли, теперь он думает, что его смена прошла без происшествий, а ты весь день просидела дома.

Лана облегченно выдохнула. Конечно, работая на Петра Евгеньевича, Сергей наверняка успел запачкать руки в какой-нибудь гадости вроде убийства невинных людей, но лучше пусть его смерть будет не на ее совести.

— Хорошо, — она кивнула, и тут до нее дошло, что сидит на кровати в чужой черной футболке на голое тело.

— Лужа, — опережая ее вопросы, уточнил Дэн. — Кажется, ты прямо лицом туда упала, настолько была грязная.

— Ага… Спасибо… И за тот день в детстве тоже спасибо. Не уверена, что я тогда тебя благодарила. И, наверное, с моей стороны будет верхом неблагодарности, но ты не мог бы отправить меня домой?

С минуту Дэн думал, потом согласился:

— По-хорошему, тебя надо оставить здесь — безопаснее, да и после «Ловца иллюзий» последить. Хотя дома ты быстрее придешь в себя, так что да, могу. Но у меня два условия. Первое, ты ничего не рассказываешь Миле про Петра Евгеньевича из своих воспоминаний. Второе, как только вспомнишь что-нибудь еще — позвони мне, обсудим. Ладно?