не хочет замуж. Так не бывает. Наверняка она долго думала об этом поступке, анализировала свои мысли и чувства, и… И просто бросила его в самый ответственный момент. Это ужасно. Боюсь даже представить, что он чувствовал в тот момент. Конечно он боится повторения! Боже, еще бы. Мне кажется, я бы в таком случае вообще обходила мужчин стороной. Завела бы сорок кошек и вязала бы шапочки, ни о каких отношениях и думать не стала бы. – Ана, – говорит он и даже почему-то улыбается. До сих пор вспоминает ее с теплотой? От этих мыслей у меня колет где-то в груди, и я сдерживаю порыв странной, дурацкой и неконтролируемой ревности. Сумасшедшая. – Любишь ее до сих пор? Все-таки не сдерживаю… Сейчас, если Раф поймет, что я влюбленная идиотка, то сразу сбежит обратно в Испанию, потому что он буквально только что рассказал мне о том, как боится всей этой «отношенческой» чепухи. И да. Кажется, я только что призналась себе в чем-то важном. – Нет. – Он говорит это так уверенно, что с души тут же падает небольшой камешек. Он не мешал мне жить, но дискомфорт приносил в любом случае. – Давно нет, столько лет прошло. Предательства боюсь, да, до сих пор, поэтому и от отношений бегаю. Удивительно, кстати, что я только что в этом вообще смог признаться, раньше отрицал все это. Но Ану не люблю. Молчу. Не знаю, что ему сказать. Этот разговор ушел в какое-то странное для меня русло. Мы с чего начали вообще? Он ругал меня за то, что я сплю в гараже, и звал в Валенсию. А я объяснила, почему никуда не готова лететь. А сейчас думаю, что, может… к черту все? Раф прав, я не перестану скорбеть по маме, в каком месте земного шара ни находилась бы. Моя любовь к ней зависит не от местонахождения или времени года. Это состояние моей израненной души, я не перестану грустить никогда в жизни, и я точно знаю это. Работа – единственное, что останавливает. Я буквально не понимаю, как могу уехать и все бросить, пусть даже на время. Не знаю, на какой срок приглашает меня Раф, но даже отпроситься на пару недель – долго, учитывая, сколько времени меня не было до этого дня. – Я хочу в Испанию, – все-таки говорю Рафу. Он молчит, но приобнимает меня за плечи и целует в лоб, молча, тактильно оказывая поддержку. Никогда не подумала бы, что все это может происходить со мной. – Но сейчас мне надо работать. У меня тут новый байк на ремонте: представляешь, в него въехала машина, и теперь мне придется разбираться с ним долго и нудно. – Я могу помочь чем-то? – Он хихикает и делает вид, что я не о нем говорю. – Просто