— Я за вами поеду на машине, — отвечает он и, наклонившись, нежно целует меня в губы. — Потерпи, любимая, скоро все закончится.
Я прикрываю глаза, не в силах что-либо ответить, и пытаюсь покачать головой. Мне ужасно не хочется, чтобы он уходил.
Но Женя выскальзывает из машины, а двери закрываются.
— Не волнуйтесь, сейчас я вас как следует пристегну, и мы с ветерком прокатимся. А вы пока отдохните. Такой стресс испытать… оно и понятно, что организм не выдержал…
Женщина говорит что-то еще, но я не слушаю. Прикрываю глаза и жду, когда все это закончится и я останусь со своим мужчиной один на один. Нам столько всего друг другу надо сказать. Теперь я хочу знать о нем все. Где он был эти тринадцать лет, чем жил, почему появился именно сейчас? Вдруг всё это очень важно? Я хочу знать всё… Абсолютно всё. Больше между нами не должно быть никаких тайн и недомолвок.
— Мы на месте, — тихо предупреждает врач, выводя меня из легкой дремы спустя пару часов. На мою поспешную попытку встать он тут же качает головой. — Не двигайтесь, сейчас мы вас вынесем.
Когда двери скорой помощи открываются и врачи вытаскивают носилки, ставя их на колесики, первым, кого я вижу возле дверей в больницу — мой муж, который о чем-то беседует с мужчиной в синей медицинской одежде и двумя санитарами, идущими в нашу сторону. На глаза почему-то наворачиваются слезы. Я так счастлива, что он не бросил меня одну, что чувствую неимоверный прилив сил, но врачи все равно так и не позволяют мне идти своими ногами.
Женя настоял на доскональном осмотре, и меня проверили от и до. Взяли кровь, мочу и прочие жидкости… Шучу, конечно, кроме мочи и крови больше ничего не брали. Заодно проверили сердце и давление. В общем, отпустили меня из больницы спустя целых пять часов, только к вечеру, когда дождались моих анализов. И то врач предлагал остаться мне до следующего дня, чтобы за мной понаблюдали: что-то уж сильно им моё давление не понравилось. Но я безумно хотела побыть вместе с мужем, обнять его, поцеловать, просто уснуть в его объятиях, чувствуя, что это не сон. Убедиться, что вселенная действительно подарила мне шанс насладиться счастьем рядом с ним. Потому и уверила врача, что у меня такое в стрессовые моменты уже бывало, а потом я чувствовала себя вполне сносно — разве что сонливость первые пару дней, и всё. И врач со скрипом, но согласился с моими доводами.
Мой муж все то время, пока меня обследовали, постоянно висел на телефоне и выяснял подробности нашей аварии, но, судя по его хмурому лицу, пока ничего толком не известно. Единственное, что я от него узнала, так это что никто не пострадал. Все отделались легким испугом, и самолет успели потушить, не доведя до взрыва.