— Я дала слово, а слово аристократа...

— Напомни мне, пожалуйста, свои слова, — попросил парень, закидывая в рот гренку.

— Я дала слово, что позволю тебе делать это, когда захочешь, где захочешь и как захочешь, — краснея, произнесла Даша.

— Так вот я третий день смотрю на тебя, как ты дергаешься от одного моего появления, и вот, что тебе скажу — я не хочу.

Демидова замерла, растерянно смотря на Гарри.

— Секс, Даша, это когда двое людей получают удовольствие, — тем временем продолжил Гарри. — Если получает удовольствие только один человек, по моему глубокому убеждению, это либо изнасилование, либо некрофилия, либо онанизм.

Парень взял ложку и пару раз зачерпнул суп, давая девушке переварить его слова.

— Да, я признаю, что я не красавчик, как Боря. Признаю, что я достаточно... кхэм... Экстравагантная личность. Да, некромант. Да, копаюсь в мертвечине с гноем, вонью и дерьмом. Да, мягко говоря, хулиган. Но...

Тут молодой некромант поднял взгляд на Демидову и добавил:

— Я некромант. Не насильник и не некрофил. Поэтому не хочу.

В полной тишине, под взглядом растерянной Дарьи, парень спокойно доел, потянулся и встал из-за стола.

— Разговор окончен. Сегодня в нашей каморке. Если будет возможность: найди хоть какую-то информацию по проекциям на твоей силе.

Гарри молча взял поднос с пустой тарелкой и направился к месту, куда немногие, убиравшие за собой, составляли грязную посуду. Проходя мимо столика, за которым сидела Наумова, Гарри остановился и взглянул на девушку, что хмуро наблюдала за ним.

— Светка, — по мальчишески обратился к ней молодой некромант. — Чет на душе так погано... Пошли на свидание?

Наумова хмуро оглянулась на «проклятый» столик, где с растерянной физиономией сидела Демидова, и перевела взгляд на парня.

— Что? Не дала?

Гарри расправил плечи, не сводя взгляда с девушки, хмыкнул и произнес:

— Хуже. Не взял.

Светлана поджала губы, задумчиво покосилась на свою тарелку, а затем подняла взгляд на Гарри.

— Когда?

— Вечером. Сегодня. После школы ещё дела.

— Презервативы брать? — приподняв одну бровь, спросила Светлана.

— Я некромант. Не помогут.

— Как относишься к... нетрадиционным способами доставить друг-другу удовольствие?

— Минет? — вскинул брови Гарри и гордо добавил: — Я ради него могу мир перевернуть!

— Восемь часов. У главного фонтана, на эспланаде.

Молодой некромант кивнул и с довольной миной двинулся дальше.

* * *

Что на меня нашло?

Это трудно объяснить.

Давайте так.

Я имел полное право на то, чтобы утащить в раздевалку или запереть в туалете Демидову и, простите за выражение, отодрать как сидорову козу во всех позах, и уж если говорить откровенно, во все физиологические и не очень отверстия?